Наталья Мягченко
2 марта 2026
1 марта 2026
Зашла тут давеча в тредс (поразительное место, никак не привыкну) и поразилась, как много там постов на тему красных флагов в отношениях: типа «беги от него, если он…» или «беги от неё, если она…»
Предполагаемых красных флагов миллион: если слишком много подписчиков в инсте, если нет инсты, если есть дети от предыдущего брака, если она хочет поужинать на первом свидании, если он не готов оплатить ей такси до места встречи, если его/её родители в разводе – всего не перечислишь.
Судя по тому, как много этих роликов, у них большая аудитория. Этой аудитории, с одной стороны, интересны отношения, а с другой – она их вообще-то боится, причем до такой степени, что рассматривает потенциального партнера под лупой, выискивая доказательства того, что связываться с ним не стоит.
Так бывает, например, когда у людей мало ресурса на отношения: мало ресурса, чтобы принять риски, которые с ними связаны, и чтобы пережить расстройства, которые в любых отношениях рано или поздно случаются.
Ещё подумалось: скорее всего, большой отклик ролики и статьи про красные флаги находят не у тех, кто склонен доверять слишком быстро (и кого эти ролики, предполагается, должны уберечь), а у тех, кто и так подозрителен от природы.
Для них материалы о красных флагах подтверждают и укрепляют их картину мира - так работает психологическая защита под названием рационализация. Но если позволить этому процессу идти бесконтрольно, то красные флаги начнут мерещиться везде и перекроют всякую возможность контакта.
***
И в продолжение темы красных флагов и возможных рисков: в каком-то смысле отношения – это всегда риск.
Риск, что тебе сделают больно, отвергнут, используют.
Риск, что не оправдаются твои представления о партнере.
Об отношениях.
И, что порой намного неприятнее - о себе самом.
Фрустрация по этому поводу так высока, что лучше подойти к вопросу во всеоружии и на дальних подступах отстреливать неподходящих кандидатов. Или разрывать отношения сразу же, как только завершается романтическая фаза, где ты и партнер отражаетесь в глазах друг друга исключительно комплементарным образом.
Без риска глубоких отношений нет.
Я на этот счет вспоминаю восточную поговорку: «Птица садится на ветку не потому, что верит в прочность ветки, а потому, что она верит в прочность своих крыльев».
Люди, которые способны на риск открываться новым партнерам - часто вовсе не те люди, которые совершенствуют свои навыки отслеживания тревожных сигналов извне, навыки тестирования прочности «веток».
Это те, кто умеет себя слышать, доверять себе и своей способности о себе позаботиться, если что-то пойдет не так. То есть те, кто верит в силу своих крыльев.
Пока я работала детским психологом, на мои лекции и выступления часто приходили родители, озабоченные тем, чтобы не травмировать своих детей. Многие из них выросли незамеченными, ранеными, эмоционально брошенными и поэтому не хотели такой же судьбы для своих детей. И несмотря на то, что невозможно вырастить детей ни разу ничем их не обделив, этот интерес к тому, что значит быть родителем и как чувствуют себя дети, в чем нуждаются, трогал меня и убеждал в том, что у их детей есть значительно больший шанс жить свою жизнь и реализовываться, а не посвящать ее обслуживанию надежды на родительское любовь и принятие.
Когда ребёнок хотя бы примерно получает то, что ему нужно (и в эмоциональном плане) от значимых взрослых, он не тратит жизнь на то, силы заслужить «мамину» любовь, помещая эту маму во всех и каждого: от начальницы до собственной жены, или не рвет жилы в надежде получить «папино» признание, так же проецируя фигуру отца на всех окружающих.
Такая не отпущенная надежда, к сожалению, не умирает даже со смертью реального родителя, рождает внутреннюю несвободу и затмевает попытки узнать, кто ты на самом деле.
Лишь внутренняя работа дает шанс на освобождение от диктата надежды, давая сложную возможность принять: дали, сколько могли, недополучил, позлился, приспособился, научился, обнаружил свой способ обслуживания надежды, присвоил, изменил, стал немного свободнее там, где раньше была предопределенность.
Какими бы мы ни были взрослыми по паспорту, так трудно бывает принять, что взрослея, это становится нашей задачей — любить, заботиться, защищать и признавать. И когда мы это умеем, можно просто быть с любым Другим, не служа ему, в детской надежде на «вознаграждение» сбывшимися ожиданиями.
