Надежда Ликстанова
30 июля 2026
Зaболит душa о ком-то, a вы позвоните или нaпишите. Узнaйте, кaк делa. He бывaет, чтобы дyшa просто тaк болелa. Есть тaинственные связи между людьми, нaукой не изученные и весьмa смутно описaнные. Вспомнишь человекa, дaже если его много лет не видел - он появится. Нaчнешь звонить кому-то - a тебя в ту же секунду нaбирaют. Во сне увидишь - и нaяву встретишь или что-то услышишь про этого человекa. Души общaются между собой без слов иногдa, и без других передaтчиков информaции. И душевнaя тревогa не бывaет беспричинной - может, ничего и не случилось плохого. Может, нет основaний тревожиться... Но что-то человекa этого беспокоит и мучaет. И почему-то он о нaс вспомнил - хотя мы, возможно, и не нaстолько близкие люди. И не родственники, и не друзья зaкaдычные. Ничего не бывaет просто тaк, во всем есть смысл, тaйный и иногдa непонятный. И, если позвонить невозможно, можно просто об этом человеке тепло подумaть, с любовью и нежностью. И пожелaть ему всего хорошего. Или помолиться о нем, если умеете. Кaк это действует - я не знaю. Никто не знaет. Но точно действует блaготворно - любовь исцеляет дaже нa рaсстоянии. И я лично тaк чaсто делaю, когдa вдруг зaболит о ком-то душa. Хотя что тaкое душa - нaуке тоже неизвестно. Но онa иногдa болит, знaчит - есть...
Показать полностью…
О ПУТЯХ ДУШИ...
Знай, что от зародыша до дней юности ты уже миновал великое множество привалов.
Как трудно оторвать верблюда от его колючек! А ты, о дух, расставался ли когда-нибудь с прахом без сожаленья?
Тысячу раз ты, охваченный тоской, повторял: «Я не уйду отсюда». Мне за уши пришлось тебя тащить, пока не стал ты человеком…
На что тебе закопченный горшок? Ах, ты взыскуешь корма! А где же блеск и слава слов «Мы ущедряем...»? Где царские надежды?..
Взгляни на эти растительные и сложенные из элементов вещи, что ты взял в компанию: как сморщились и ссохлись они!
Их Я так же, как и тебя, оттуда перемещу сюда. А за этой стоянкой — еще сотня стоянок на духовном пути.
КТО ТЫ ТАКОЙ?! И КТО ТОГДА Я?
Для меня сила и размер партнера определяются одним единственным качеством - возможностью выдерживать фрустрацию. Настоящая ответственность, забота, целеустремленность и прочее - автоматически прилагаются к тому, кто может себя видеть и выдерживать не разрушаясь (не становясь Жертвой «ты меня отвергла и обидела!») и не разрушая (превращаясь в Агрессора «все из-за тебя!»). Собственно, выдерживание себя и мира, не расщепление в стрессе - одна из основных черт архитипического мужского. Проще говоря, этим мужчина и отличается от мальчика.
Почему мне это важно? Потому, что тогда мой Внутренний ребенок видит напротив настоящего ясного, опорного, взрослого (да он может иногда не справляться и пропадать, как любой живой человек, но после - возвращаться, а уж терпеливо ждать - прям моя личная суперсила). А еще потому, что мой Внутренний нарцисс определяет выдерживание как нечто невероятно ценное и однозначно уважаемое. Может ли что-то в принципе быть мужественнее, чем отвага быть и держать за себя ответ?
Кстати, еще дедушка Юнг говаривал: «Зрелость человека определяется тем, как много неопределённости он может выдержать». А это значит, что если потрогать зрелого мужчину против шерсти, он не рассыпется, не уйдет в детскую истерику и не пойдет по самому легкому пути определить тебя агрессором, который специально напал, специально сделал больно, специально, сволочь такая, обидел малыша, отчего последний закономерно хнычет или пинается. Зрелый мужчина скажет: «Я вот сейчас сильно на тебя злюсь (Божечки кошечки! «я - на - тебя - злюсь», а не ты на меня напала!), потому что глубже мне стыдно (Господь всемогущий! «мне-стыдно», а не ты, ведьма, отвергла святого человека) поэтому предположу, что ты куда-то попала, что-то в твоих словах есть» (тут у меня заканчиваются комментарии, потому что в этом месте уже который раз внутри остается только «да КТО ТЫ, бл@дь, ТАКОЙ??? Откуда ты взялся?!»)))))
Но самое интересное дальше. Когда в твоем психическом опыте есть данность, что выдерживать агрессию, не превращая второго в демона, умеешь только ты одна, тебя же без вариантов отвергнут, назначив плохой, нападающей и в целом злобной сволотой.. Но тут вдруг раз за разом не отвергают, и сквозь собственное невероятно сильное и сложное ПРОДОЛЖАЮТ ВИДЕТЬ, а не придумывать - ты оказываешься в абсолютно новом для себя контексте, в который никогда до этого момента не попадала...
Кто я не отвергаемая от любого неловкого движения? Кто я не определяемая другим как невыносимый разрушительный дракон? Кто я, если от моей потребности встретиться в сложном не убегают всеми возможными способами? Кто я, если больше не нужно после неудобного проявления сжиматься в готовности справиться с чужим рассыпанием? Кто я, если понятное напряжение и постоянное сдерживание, словно ты ходишь по минному полю чужого хрупкого эго, больше не нужны?
Вот это уже по-настоящему страшно… Без войны за себя-живую, без привычной готовности заплатить за возможность встречи предварительным десятком ударов чужими демонами в собственный поддых, без необходимости долгих объяснений и с каждым разом все более призрачной надежды донести суть… без фонового послания, что это со мной что-то не так - ведь я не рыдаю, не истерю, не трясусь - и потому меня невозможно увидеть… если меня-живую видят просто так и за это право быть неожиданно не нужно ни чем платить… КТО Я ТОГДА?
Выдержу ли я, освою ли эту тотально неизвестную пока территорию чужого выдерживания и принятия? И какой новой собой я на ней стану? Вот что по-настоящему интересно… Вот где начинается вызов.
Cпeцифика моего характера такова, что я довольно легко открываю какие-то личные моменты своей жизни посторонним людям. Я не экстремально откровенна, у меня есть свои потайные двери, и даже несколько скелетов наберётся, но так уж я выбрала перерабатывать свои чувства и эмоции - коммуникациями. Меня это лечит и поддерживает. Но вопрос в другом.
Многие практикующие психологи, полагаю, хорошо знают, как на самом деле тяжело может быть с клиентом подобного типа. Потому что много информации, и даже всё как будто о себе любимом, но по существу его подлинное состояние ускользает от тебя, как шёлк между пальцев. Они виртуозно уходят от чётких ответов на вопросы, у них всё какое-то "полу-" и "недо-". На личной терапии я компенсировала это тем, что писала о некоторых важных вещах после терапии. Мне разрешалось. Но постепенно я начала понимать, в чём тут настоящая суть, и, соответственно - учиться работать с этим.
По-психологически эта защита называется дефлексия. И с ней получается эффективно работать, только жёстко прижимая клиента к стенке (как бы страстно это не звучало) с вопросом: "ЧТО. ТЫ. Чувствуешь по этому поводу?". Потому что клиент сам не знает, что он чувствует в глубине души: он убегает от подлинного осознания в радужный мир витиеватых образов и пространных рассуждений, в которых вроде всё красиво, как в сказочной стране, но по сути мало чем отличается от изображения пылающего очага на хрупком холсте. За которым целый неиллюзорный мир, между прочим, но ни человек, ни его окружение, неспособны его увидеть.
Я даже не могла понять, чего хочет от меня терапевт. Я смотрела на неё круглыми серо-голубыми глазами и подолгу молчала, когда меня подводили к вопросам о моих чувствах, ощущениях и эмоциях. Меня достаточно долгое время раздражал вопрос "Ну, с чем пришли? Рассказывайте". Кто с чем пришла - я с чем пришла? Ну, я вот. Вот она я. Лечи же меня, задавай вопросы. Я не знала, что сказать, и всегда начинала терапию с чего-то максимально окольного от происходящего в моей душе. Рассказывала вещи, из которых можно делать красивые посты, но нельзя сделать себя счастливее.
Наводящие вопросы поначалу были. Потому что иначе мы рисковали либо всю сессию просидеть в молчании, либо болтать о вещах столь же интересных, сколь бесполезных. Потом я поймала нить, но вцепилась за неё тоже далеко не сразу. Потому что не получалось. Защиты обманывали меня саму даже тогда, когда я на сознательном уровне этого не хотела. Я выдавала себя маленькими диетическими порциями, будучи искренне уверенной, что открываю фуд-корт. О личных чувствах и переживаниях я говорила негромким, надтреснутым, на всякий случай чуть насмешливым голосом.
Потом, наконец, до меня дошло, зачем на самом деле необходимо делиться. Потому что, проговаривая чувства на терапии, ты учишься говорить о себе вслух. Заявлять о своём существовании, о своём состоянии, об удовольствии и недовольстве, о своих границах, наконец. И не испытывать за это чувство вины, неуверенности, что тебя неправильно поймут, осмеют, обесценят. Не потому что это полностью исчезает в твоём отношении, нет. Все эти явления продолжают идти своим чередом, хотя их количество определённо снижается при умении с ними работать. А потому что ты уже не позволяешь игнорировать себя и свои чувства. Что наверху - то внизу.
Ты добиваешься такого же прямого ответа, какого добивались в своё время от тебя. И которого ты постоянно добиваешься от себя самого сейчас. Некоторые люди могут посчитать это эгоизмом, нарциссизмом, зацикленностью на себе. Я постоянно с этим сталкиваюсь. Люди не привыкли говорить о себе, в России это считается плохим тоном. Не знаю, как дела обстоят в других странах. Люди предпочитают говорить и делать что угодно, лишь бы не сказать вслух: "мне не нравится, я не хочу". Потом спрашивают у меня, у других психологов, в психологических сообществах, как бы поудобнее научиться жить, не заявляя о себе.
А никак. Можно не заявлять о себе, можно прикрываться боязнью обидеть другого, можно бегать от себя самого хоть всю жизнь - это ваше право. Важно ведь понимать, что оно у вас есть. Но, предупреждаю, всю жизнь будет неудобно. За себя, перед другими, и вообще - как в тесных дорогих туфлях. Жмёт и выбросить жалко.
Буду продолжать болтать о себе, своём опыте и своих чувствах. О чувствах, а не о сухом перечислении фактов моей жизни. Может, кто-нибудь вдохновится и сможет заявить о себе. Хотя бы перед самим собой, ведь именно это - уже гигантский шаг в сторону здорового восприятия себя.