Практикующие психологи
14 сентября 2026
НЕ ВО ВСЕМ ВИНОВАТЫ МАМА С ПАПОЙ. ИНОГДА – ЕЩЕ И БАБУШКИ С ДЕДУШКАМИ!
(ИЛИ ОБ ЭПИГЕНЕТИКЕ СТРЕССА)
- Ты знаешь, это так грустно. Но почему мне это слышится таким знакомым?... – задумчиво сказал мне сын когда я рассказала ему одну непростую историю из своего далекого детства.
- Наверное, это эпигенетика, - предположил муж (он биолог, но иногда, кажется, просто любит выдумывать смешные слова).
- ??? – спросила я.
- Ну, знаешь, сейчас становится понятным, что потомство организмов, подвергшихся стрессу, уже быстрее приспосабливается к подобному стрессу, чем их родители (и еще быстрей тех, кто такого стресса в глаза не видал). И даже потомство потомства сохраняет это свойство – ему тоже этот стресс как будто откуда-то «знаком». Никаких новых генов не появляется – просто имеющиеся работают в новом режиме. Это и есть эпигенетика – то есть «над»-генетика – такая себе тонкая настройка работы генов в ответ на разные внешние и внутренние сигналы вроде стресса и передача этих настроек из поколения в поколение.
- Да ладно?!.. – обалдела я и решила, что надо учить матчасть.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Итак, докладываю: стресс.
Он может быть обычным – ну стресс и стресс, с кем не бывало: это напряжение в психике и/или теле, вызываемое, например, несоответствием происходящего тому, что мы ожидали. Хотели успеть – опоздали, хотели вписаться в компанию – облажались, хотели помочь – были посланы, хотели избежать скандала – были заподозрены в равнодушии/малодушии/отсутствии эмпатии/избытке эго или в чем угодно еще. У каждого список свой. Но важно то, что при «обычном» стрессе – по прошествии некоторого обозримого времени (опять же, у каждого своего) – мы восстанавливаемся и идем жить дальше как ни в чем ни бывало. Ну – хорошо – почти как ни в чем ни бывало.
А бывает по-другому. Стресс может быть травмирующим – когда испытываемое нами напряжение столь велико, что буквально «выбивает пробки». В этом случае нарушается некая слаженность работы организма и под угрозу ставится работа не только психики, но и, например, провоцируются проблемы с сердечно-сосудистой системой, желудочно-кишечным трактом, инициируется ревматоидный артрит и некоторые виды рака (Qureshi et al., 2009). И жить как ни в чем ни бывало (или хотя бы почти как ни в чем ни бывало) уже не выходит. Даже если мы самые что ни на есть законченные стоики и оптимисты.
Если посмотреть на молекулярном уровне, то при травмирующем стрессе нарушается слаженность работы каскада «гипоталамус – гипофиз – надпочечники». В нормальном режиме при стрессе гипоталамус («волшебное» место в мозге, где встречаются нервная и гормональная системы) выделяет кортикотропин-рилизин гормон (КРГ); КРГ стимулирует гипофиз («главную» железу в организме, которая регулирует все другие железы) выделять кортикотропный гормон (КТГ); КТГ, в свою очередь, стимулирует надпочечники («рядовые» железы) выделять кортизол (Jawaid et al., 2018). Как и большинство «правильных» процессов в организме, в нормальном случае этот гормональный каскад саморегулируется отрицательной обратной связью: когда кортизола становится много, гипофиз получает условный сигнал («горшочек, не вари!») и перестает вырабатывать КТГ. Подобная отрицательная связь существует и между концентрацией КТГ и выработкой гипоталамусом КРГ. В нормальном случае это происходит именно так.
При травмирующем стрессе все иначе: приходит конец нормальной саморегуляции, рушится обратная связь, гормоны перестают тормозить собственную выработку, и кортизол может присутствовать в ненормальных количествах (de Kloet et al., 2006).
Точно не известно, но можно предположить, что именно вот в этом аларм-режиме – когда каскад «гипоталамус – гипофиз – надпочечники» выведен из строя – и запускаются эпигенетические механизмы регуляции генов. Основной такой механизм – это метилирование/демитилирование ДНК, то есть навешивание/снятие молекулярных «меток» на определенные гены, так что их «работа» соответственно тормозится или усиливается. «Цель» всего этого – максимально проявить те гены, которые могут нам помочь справиться с травмирующим стрессом, и/или заставить замолчать те из них, которые могут нам в этом помешать. Таким образом наш организм как будто экстренно «латает» выжившую из ума систему так, чтобы наше поведение в ответ на травмирующее событие имело шансы измениться, а мы – все-таки выжить. Я не люблю эксперименты на животных, но в данном случае кажется уместным упомянуть, что одно из них показало, что у мыши, брошенной плавать в ледяной воде, происходит метилирование нескольких специфических генов в зубчатой извилине, которые регулируют соответствующую поведенческую реакцию (Saunderson et al., 2016).
Интересно в этих экстренных «латаниях» не только то, что они происходят быстро, но и то, что сохраняются надолго: эта новая «зачищенно-забинтованная» ДНК – а она такая и в половых клетках тоже – имеет немалые шансы передаться в следующие 2-3 поколения даже после всех очисток и обнулений наносного негенетического материала, происходящих на фазе оплодотворения. Это непосредственно показано на животных (Таблица 1 у Jawaid et al., 2018) и опосредованно – через поведенческие проявления потомков травмированных родителей – на людях (Таблица 2 там же).
Кроме того, известно (Gapp et al., 2014), что последствия «впечатываются» в нас прочнее, если травмирующий стресс пришелся на пренатальный, ранний постнатальный или подростковый период – тогда, когда наш мозг более пластичен, стресс-регулирующая система незрела, и нейро-гормональная динамика сильна. Такие выводы подтверждены экспериментальными исследованиями на мышах (не буду их цитировать, ну их). На людях проверить это непосредственно не просто – потому, что вскрывать нам мозг в этих целях пока еще считается негуманным и запрещено какой-то конвенцией.
Но одно обширное исследование на людях (Vagero & Rajaleid, 2017) сколь возможно минимально опосредованно показывает, что травмирующий стресс может передаваться через поколения. Его авторы исследуют базу данных почти 800 тысяч детей, примерно 5% родителей которых в своем детстве или отрочестве (от 0 до 17 лет) пережили смерть своих отца или матери. То есть за травмирующий стресс родителя в исследовании априори принимается потеря его/ее отца или матери в детском или отроческом возрасте, а за свидетельство «памяти» травмирующего стресса родителя у ребенка – преждевременность его (ребенка) родов. Результаты говорят о том, что риск рождения у недоношенного ребенка статистически значимо повышен у мам, которые пережили смерть своего родителя в возрасте 0-2 либо 13-17 лет, и у пап, переживших смерть родителя в возрасте 8-12 лет.
Понятно, что и этому результату есть что предъявить.
Например, что пути передачи материнского стресса могут быть не эпигенетическими, а, например, поведенческими. Да и вообще – не умер ли родитель родителя (не важно, отца или матери) от некоторого генетического заболевания, носителем которого он – родитель – тоже является и которое повлияло на преждевременность родов его ребенка?
И все же. Кажется, прагматически верно поверить в то, что у людей все как у мышей: что травмирующий стресс провоцирует эпигенетические изменения и что эти изменения могут быть переданы следующим – не травмированным непосредственно – поколениям. Поверить для того, чтобы попробовать уменьшить негативные последствия такого стресса для себя и своих потомков. Тем более, что пробовать, кажется, есть что.
Эксперименты на тех же мышах (честное слово, мы много им должны!) говорят о том, что такое в принципе возможно посредством так называемого обогащения среды (environmental enrichment) – насыщения жизненного пространства всячески разнообразными стимулами – которое обращает вспять эффекты метилирования ДНК травмированных особей и препятствует передаче эпигенетических изменений их потомству (Gapp et al., 2016). Как именно работает это противоядие на молекулярном уровне – пока не очень понятно. Но известно то, что в мозге происходит что-то интересное (см. картинку ниже – она из статьи Vive et al., 2020).
Так выпьем же за то, чтобы временная неполнота наших знаний не мешала каждому из нас найти свою обогащенную среду, и долой передачу эпигенетических изменений!
Наталья Рыбникова
Библиография:
Qureshi SU, Pyne JM, Magruder KM, Schulz PE, Kunik ME. The link between posttraumatic stress disorder and physical comorbidities: a systematic review. Psychiatry Q. 2009;80(2):87–97.
Jawaid, A., Roszkowski, M., & Mansuy, I. M. Transgenerational epigenetics of traumatic stress. Progress in molecular biology and translational science. 2018; 158:273-298.
de Kloet CS, Vermetten E, Geuze E, Kavelaars A, Heijnen CJ, Westenberg HGM. Assessment of HPA-axis function in posttraumatic stress disorder: pharmacological and non-pharmacological challenge tests, a review. J Psychiatr Res. 2006;40(6):550–567.
Saunderson EA, Spiers H, Mifsud KR, et al. Stress-induced gene expression and behavior are controlled by DNA methylation and methyl donor availability in the dentate gyrus. Proc Natl Acad Sci USA. 2016;113(17):4830–4835.
Vagero D, Rajaleid K. Does childhood trauma influence offspring’s birth characteristics? Int J Epidemiol. 2017;46(1):219–229.
Gapp K, von Ziegler L, Tweedie-Cullen RY, Mansuy IM. Early life epigenetic programming and transmission of stress-induced traits in mammals: how and when can environmental factors influence traits and their transgenerational inheritance? Bioessays. 2014;36(5):491–502.
Gapp K, Bohacek J, Grossmann J, et al. Potential of environmental enrichment to prevent transgenerational effects of paternal trauma. Neuropsychopharmacology. 2016;41(11):2749–2758.
Vive, S., af Geijerstam, J. L., Kuhn, H. G., & Bunketorp-Käll, L. Enriched, task-specific therapy in the chronic phase after stroke: an exploratory study. Journal of Neurologic Physical Therapy. 2020; 44(2):145-155.
Однажды, в Швейцарии XVI века, заезжий мастер меча вызвал на бой местного булочника. Тот не мог отказаться от поединка из-за своего положения в обществе, вышел на бой и зарубил заезжего мастера меча. Прежде чем стать булочником, он проходил десять лет в ландскнехтах, на двойном жаловании.
А всё потому, что надо осторожнее выбирать объект для насмешек.
***
Однажды, в Италии XVII века, заезжий фехтовальщик вызвал на бой местного портного. Тот не мог отказаться от поединка из-за своего социального статуса, поэтому, благодаря своим связям, нанял 10-х местных бандитов, те подкараулили заезжего фехтовальщика на выходе из борделя, отлупили и ограбили. Он провалялся на койке три недели и был вынужден уехать из города без гроша в кармане, потому что всё, что осталось после ограбления, отдал лекарю.
А всё потому, что прежде чем ссориться с человеком, надо узнать, кто у него друзья.
***
Однажды, в Германии XV века, заезжий фехтовальщик вызвал на бой молодого художника. Тот не мог отказаться от поединка. Вышел на бой и пырнул заезжего фехтуна мечом, а после поймал за вооружённую руку и бросил на землю, оставив руку в захвате. Рана от меча зажила быстро, но больше задира ни с кем и никогда не фехтовал — рука оказалась сломана в трёх местах, со смещениями.
А всё потому, что прежде чем затевать ссору, узнай, как зовут твоего противника и над чем он работает. А вдруг это Альбрехт Дюрер, который как раз составляет иллюстрации к учебнику фехтования и борьбы.
***
Однажды, во Франции XVIII века, заезжий фехтовальщик вызвал на бой местного винодела. Тот не мог отказаться от поединка и пошёл за советом к местному мастеру фехтования, который держал свой зал неподалёку. Принёс ему бочонок отличного вина и рассказал о проблеме.
— Фигня война, — сказал маэстро фехтования, — главное — манёвры! Я пойду, погляжу на твоего противника. — И сняв колет и поменяв тупую рапиру на острую, пошёл искать заезжего фехтуна. Выцепил его в кабаке, затеял ссору под надуманным предлогом, да и проткнул ему обе руки.
— Не ссы, братуха, — сказал он виноделу, — теперь этот урод не сможет фехтовать, а если решится выйти на поединок, то ты без проблем справишься с ним — просто сбивай его клинок вбок и коли его в корпус — вот так! Пару часов винодел потренировался делать батман с уколом, а на следующий день узнал, что заезжий фехтун уехал нафиг из города. Но с тех пор маэстро фехтования бесплатно пил хорошее вино, а винодел три раза в неделю упражнялся в фехтовании.
А всё потому, что не грех спросить помощи у опытных друзей.
***
Однажды, в Польше, заезжий фехтовальщик вызвал на бой местного колбасника. Тот не стал отказываться от поединка, но, по доброте душевной, предложил гостю поужинать, подсыпал в колбасу отравы, и тихонечко похоронил его за сараем.
А всё потому, что не все будут играть по предложенным тобой правилам.
***
Одного итальянского архитектора и художника XVI века вызвал на бой заезжий фехтовальщик. Но как только он узнал, что задумал биться с самим Камилой Агриппой, офигел от собственной дерзости, три раза извинился и поспешил убраться к себе домой.
А всё потому, что полезно читать книги, иначе мог бы и не узнать автора фехтбука.
***
Однажды, в Киевской Руси, заезжий варяг-фехтовальщик вызвал на дуэль местного плотника. То не дослушал до конца и разбил заморскому гостю рожу кулаками, а его родовой меч сломал об колено.
А все потому что надо хоть немного разбираться в стране, куда едешь — не в почете у нас были дуэли на мечах, зато кулаками в рожу совать умели и любили.
***
Однажды заезжего мастера меча, который всем угрожал своим талантом, банально пристрелили на поединке.
Мораль — не стоит ходить с мечом на перестрелки. И не стоит угрожать людям, которых не знаешь. И вообще не стоит никому угрожать. Добрее надо быть. Добрее!
КОЗЛЫ ОТПУЩЕНИЯ В СЕМЕЙНОЙ СИСТЕМЕ
Есть такие клиенты, которые приходят в терапию, преодолевая сопротивление своих семейных систем. Они живут ярче, лучше, смелее, темпераментнее, чем их близкие. Но при этом ощущают себя ненормальными или даже предателями. Потому что семьи прямо или срыто осуждают их образ жизни, непохожесть и постоянный поиск исцеления...
Это почти всегда самые здоровые члены больной семейной системы. Но за долгие годы существования в ней они уверились, что именно они самые ненормальные. Они систематически предпринимают попытки вернуть себе нормальность. А ощущение нормальности у них очень расшатано. Вплоть до недоверия своим эмоциям, телесным ощущениям и явным сигналам среды.
Иногда в терапии они переживают совершенно искреннее офигевание от того, что оказывается они все чувствуют и могут уже самостоятельно опираться на своё чувствилище...
И постепенно в терапии они проживают ярость и отвращение к своей роли «козла отпущения», которая была уготована им семейной системой. Потому что она в них таких очень нуждалась.
Вот что пишет про такую роль гештальт-терапевт Анна Федосова:
«Этот человек обычно несколько «выпадает» из системы. Он может нарушать некие правила, выглядеть, рассуждать и поступать странным или угрожающим для системы образом.
Часто он – фигура изменений, призванная (по умолчанию) вытащить семью из стагнации. Но стремящаяся к постоянству и нерушимости система будет сопротивляться, используя всевозможные ресурсы, в том числе и карательные.
Если система стремится к распаду, козёл помогает ей сплотиться (против него же).
В таком случае он – фигура стабильности. Отвергая или исключая козла, система помогает ему свободно предаваться его собственным делам. Если козёл удалился на слишком большую дистанцию, ему заявляют «Ты наш, вернись!». Если слишком приблизился, говорят: «Ты не наш, уйди!».
Козёл – один из эффективных стабилизаторов системы».
(Из книги «О добрых и недобрых лицах, о любви и границах»).
Самостоятельно выбраться из этого «шизофренического» взаимодействия практически невозможно. И слава богу, что «козлы» - это вечные искатели, движимые стремлением к трансформации. Это смелые и отчаянные люди, приверженные себе, не смотря на страх быть отвергнутыми системой.
Респект!
Женщина мoжет уйти за нежнocтью, бpoсив бoгатcтво и cытую жизнь. А пpo мужчин и гoвopить нечегo - нежнocтью их мoжнo вoдить, как нa веревoчке, зa нoc и зa вcе другие меcтa. A еcли вы вдруг заxвoраете кaкoй – нибудь еpундoй – наcмоpкoм или пpocтудoй, тo нa cамoм деле этo никaкaя не пpoстудa, a пpизнaк дефицитa нежнoсти. Hе витамины, не антибиoтики нужны, а нежноcть! Hежнocть поднимaет нaм иммунитет… лучше любыx лекаpcтв, онa oмолaживaет и дaет импульc жить. Kopoче, живите c нежноcтью, не cтеcняйтеcь быть нежным и пoмните: нежнocти мнoго не бывает.
...Гoвopите друг дpугу нежноcти, гoвopите иx многoкpатнo, говoрите иx нaедине и пpилюдно, не cтеcняйтеcь тогo, чтo этo бaнaльнo, интимно, не cкромнo... Гoвopите – и вы пopaзитесь pезультату, пpocтo порaзитеcь!
