Психология
13 мая 2026
КАК НЕ ВЦЕПИТЬСЯ В ПАРТНЕРА
Если долго пробыть в голоде одиночества (при условии, что ощущается именно голод, а одиночество - не окончательный выбор), то выход в отношения может оказаться не столько даже сложным, сколько расщепляющим...
Из крайности в крайность.
Можно сразу вцепиться в человека, твердя о том, что только серьёзно или никак, что надо всё и сразу, что только так, как ты себе намечтал.
И падать потом в быстрые обиды, включать напряжённый контроль, сочинять на ходу великие драмы, выматывать нервы на оба конца...и проснуться однажды в знакомом голоде знакомого одиночества.
Можно наоборот: замереть от ошеломления, что появился кто-то.
И не знать, что теперь. И как себя вести? И сжиматься от недоверия. И отстраняться. И на практике познать, что это за звери такие - контрзависимость и избегающий тип близости.
Пробуждение настигнет в той же локации, что и выше.
Это ни плохо, ни хорошо.
Естественно.
Главное препятствие - нет лёгкости, которая так притягивает, не превращая человека ни в следователя, ни в жертву, ни в пропитанного обидами страдальца.
Нет весёлого азарта не ждать гарантий.
Нет бесстрашия дать себе шанс.
Нет взрослой готовности выдержать возможное фиаско.
Что тут может помочь?
Превентивный способ не одичать: вспомнить про старый добрый флирт.
Ещё до того, как начались отношения.
Не забывать, что эта не планета одних женщин, и не планета одних мужчин.
Всех достаточно.
А значит, есть смысл общаться, не загадывая на большее.
Есть смысл бывать повсюду не в дурацком "активном поиске", а в живом вкусе к жизни.
Есть смысл весело кокетничать, участвовать в диалогах, высказывать своё мнение, танцевать.
Просто так. В радость. В праздник каждого дня.
Не дичать. Не становиться Иванами на печи и Василисами у окна.
Быть.
Вне стереотипного героя-одиночки, вне нарастающей иллюзорной неприкаянности, вне чужих вердиктов.
Флиртовать.
Дать психике сигнал, что вы здесь и что вы хотите встречи.
Не верьте, что любовь надо выстрадать, как в плохих сериалах.
Верьте, что любовь легка. Не легковесна, но легка.
И помните, что острый голод не выбирает, он берёт то, до чего в силах дотянуться.
У вас есть то, чего нет больше ни у кого, – вы. Ваш голос, ваш ум, ваша история, ваше видение. Поэтому пишите, рисуйте, стройте, играйте, танцуйте, живите так, как можете лишь вы.
Есть близкие. Есть чужие.
Есть те, кто косвенно идёт с тобой по жизни, не особо влияя на неё, но присутствуя по неким причинам.
Есть те, кто вплотную приближаются к тебе и изменяют ход событий в твоей истории...
Есть приходящие и уходящие.
Одни за мгновение оставят след в дневнике твоей души, другие, присутствуя годами рядом, не затронут струны твоего сердца.
Невозможно предугадать, кто останется с тобой.
Иногда близкие отпускают твою руку на краю бездны, а совсем чужие, внезапно её подают, чтобы спасти тебя.
Можно идти по одной дороге, но смотреть в разные стороны.
Можно идти по разным дорогам, но, внезапно сойтись на перекрёстке судеб.
И никому не ведомо знать, что произойдёт через минуту, месяц, год.
Но, врываясь в чужую жизнь или даже едва коснувшись её, оставьте в ней то, что станет другому маяком в самую тёмную для него ночь.
Оставаясь в душе, этот едва ощутимый свет, может разжечь огонь спустя время, в самый нужный для этого момент, когда, казалось бы, спасения уже нет.
Будьте добрее, милосерднее, искреннее.
Это не слабость и не порок.
Это — сила, которой нет цены.
Говорите важные слова дорогим вам людям вовремя, ведь они имеют наибольшую ценность именно тогда, когда их ждут.
Всё, что так важно сердцу, имеет свой срок годности. Всему своё время: слову — своё, поступку — своё.
Говорите важные слова также и чужим для вас людям, возможно через вас к ним обращается их ангел-хранитель.
Все мы странники в этой жизни, частично или тесно переплетающиеся друг с другом и, вопреки мнению о том, что человек всегда был, есть и остаётся один, я скажу:
Вы никогда не были одни, даже если так уверены в этом.
Каждое касание к вашей душе, как и ваше к чужой, оставляет след в книге судеб и меняет ход событий.
Будьте внимательны, прикасайтесь бережно...
Ирина Млодик. Этот «спасительный» самообман.
Мы привыкли быть в претензии к себе или другим, обнаруживая стремление к самообману, между тем, этот феномен не просто глупость или слабость, а мощнейший защитный механизм психики.
Мысль о бывшей или предстоящей травме запускает выброс кортизола и адреналина. Чтобы не чувствовать этого «взрыва» в теле, психика выстраивает барьеры: диссоциацию (ощущение, что это было не со мной, а с кем-то другим), рационализацию (я не переживаю, я просто анализирую), отвлечение (зависимости, трудоголизм, постоянный информационный шум).
Наш мозг стремится к двум вещам: выживанию и сохранению целостности «Я».
И поэтому самообман:
— защищает нас от невыносимого, поскольку мы не можем находиться в состоянии интенсивной боли (страха, стыда, ужаса) постоянно. Если реальность слишком травматична, сознание «отключает» восприятие этой реальности. Проще убедить себя, что «меня не били, а строго воспитывали», чем признать, что близкий человек был жесток, а ты был беспомощен.
— поддерживает иллюзию контроля. Признать, что мы не контролируем жизнь, страшно. Спокойнее верить: «если я буду думать, что все хорошо, так и будет» или «я сам виноват в том, что случилось» (если виноват я, значит, в следующий раз я смогу все исправить).
— сохраняет привязанность. Даже если взрослый опасен, ребенок не может перестать любить его (это будет угрожать его невыживанию). Вынужденный спасительный самообман: «он не плохой, это я плохой/непослушный». Вырастая, мы, к сожалению, сохраняем эту модель, чтобы не разрывать значимые (хоть и токсичные) связи.
— к тому же это энергосбережение и избегание вторичного столкновения с болью. Ведь переживание травмы — это не просто воспоминание. Это повторное проживание телесных ощущений, эмоций и того самого ужаса бессилия. Мы не различаем воспоминание о травме и угрозу здесь и сейчас. Все актуально, даже если было в прошлом.
Не думать о плохом — это попытка сохранить шаткое равновесие. Обманывать себя — удалять от себя угрозу, да, конечно, загоняя это всё внутрь нашего несчастного тела, которое потом через самые разные симптомы потребует вернуться к тому, что было вытеснено и подавлено. Но к этому времени у нас, возможно, уже будет больше сил и помощи, чтобы справиться с этим.
Таким образом, самообман спасает в моменте, но разрушителен, если он длится слишком долго.
И тогда по-настоящему больным становится не тот, кто пережил много страданий, а тот, кто вынужден долго жить так, будто этих страданий не было. Чего я вам, конечно, не желаю.
