Психологическая газета
7 февраля 2026
Сравнительная характеристика законопроектов о психологической помощи (деятельности)
Предлагаем вниманию читателей статью команды Юридической компании «ART BASE». Предметом рассмотрения стали используемая в четырех вариантах законопроекта терминология, положения о предмете, целях и сферах регулирования, предусматриваемых принципах и этических началах деятельности психологов, о требованиях, предъявляемых к психологам, о правах, обязанностях и ответственности сторон отношений по оказанию психологической помощи, положения о реестрах и некоторые иные важные пункты.
Человек перед лицом Бога — опыты практической христианской психологии
«Христианская психология базируется, с одной стороны, на комплементарном научном и практическом знании всего научного корпуса психологии, с другой стороны, на основаниях христианской антропологии. Один монах Троице-Сергиевой Лавры недавно сказал, что он понял суть христианской психологии. Она является куполом психологического знания. Куполом, достраивающим, но и лежащим на научном психологическом доме. Красивый и точный образ, определяющий и всю сложность христианской психологии. Она находится на краю, на грани — между психикой и духовным пространством, которое для верующего человека главная и абсолютная реальность. Это не то, что порождает человек своим творчеством, своим сознанием, а то, что взаимодействует с человеком, то, что воздействует на него. В центре же этого духовного бытия находится Тот, кто порождает и духовное пространство, и человеческую личность. Не погружаясь сейчас в глубины богословия, остановимся на том, что христианская психология в центр ставит не человека как такового, а человека перед лицом Бога…»
Психолог как субъект психологического сопровождения
"…психологическое сопровождение направлено на помощь в обретении личностной зрелости сопровождаемого, актуализации и развитии его ресурсов.
Что же является основным условием, способствующим этому процессу? Если ответить коротко, то это — отношения, отношения между сопровождающим и сопровождаемым. Роль отношений как существеннейшей составляющей, сердцевины помогающего процесса особо подчеркивается в психотерапии и консультировании. Высказывание одного из психотерапевтов «отношения — это и есть терапия» с полным основанием можно отнести и к рассматриваемому нами процессу психологического сопровождения. Не «методы», «техники» и «приемы», а живые человеческие отношения — это то, что делает этот процесс живым и настоящим. Это то, что понял когда-то Карл Роджерс, заложив основы недирективных помогающих отношений. Вопрос, который он задавал себе в начале своей профессиональной деятельности, «Как я смогу вылечить или изменить этого человека?» был переформулирован им на вопрос «Как создать отношения, которые этот человек может использовать для своего собственного личностного развития?»".
22 апреля 2025
И ещё раз о законах
В.Э. Пахальян: «Живу с ощущением, что инициаторы всех проектов по какой-то причине не представляют целостное видение того предметного поля, в котором есть регуляторы тех или иных аспектов профессиональной деятельности психолога. Нам постоянно предлагается обсуждать текст, в котором разрозненно представлены отдельные аспекты профессиональной деятельности и все они слабо сопряжены с уже действующими юридическими документами: с содержанием Трудового кодекса РФ, Закона об образовании в РФ, ФГОС и стандартов профессиональной деятельности и т.п.
Может, прежде чем писать очередной проект закона, стОит просто дать серьезную и глубокую оценку имеющемуся — тому, что уже является регулятором процессов, которые должны обеспечивать качество психологической помощи?»
«Во множестве публикаций ещё с конца 90-х годов отмечалось, что одна из системных проблем современной практической психологии в России — разобщённость, несопряжённость работы всех тех структур, которые имеют общее «межпредметное поле» и должны как-то согласовывать то, что создают, с тем, что уже есть. Этот факт постоянно «всплывает» уже в практике, когда специалист попадает в ситуацию, где он не понимает, на что ему ориентироваться в своей работе. В 90-е годы и начале 2000-х это было хорошо видно в практике психологической помощи системы образования. Тогда, например, в отношении видов работы практического психолога в нормативном документе Минобра было написано одно, в учебниках с грифом того же ведомства было написано другое (разные отделы не согласовывали содержание того, что выпускалось под эгидой министерства по одной и той же тематике), а в документах субъектов РФ и учреждений могло быть вообще не то, что в каждом из вышеперечисленных документов. Прямо как в известной еще в середине прошлого веке миниатюре, исполняемой А. Райкиным: «пришёл в вуз — забудь всё, чему учили в школе…» Сейчас это хорошо видно, например, в методологической разноголосице понимания предмета практической психологии, в противоречивости текстов нормативных актов, связанных с подготовкой специалистов и требованиями к их профессиональной деятельности. В такой ситуации появление предлагаемого текста закона только усугубит и так уже тяжёлое положение дел с нормативными основаниями подготовки специалистов (несогласованности текстов ФГОС, противоречия между ФГОС и стандартами профдеятельности и т.п.).
Может, стОит начать с определения предмета практической психологии и сформулировать основные положения Концепции развития практической психологии в России?»
