Психологи онлайн

- Как можно спокойно читать книгу, когда по углам лежит слой пыли? - говорит одна женщина. Она ходит по дому с тряпкой. Кажется, что тряпка растёт из её руки. Пыль, побеждённая сегодня, возвращается завтра. Время читать книгу не приходит никогда.
- Кто-то на даче, может, и смотрит сериалы, но я этого не понимаю, - говорит другая женщина. Из её руки растёт тяпка, а иногда секатор. Она очень устала и почти не любит свой огород, но донести себя до дивана выше её сил. Ей просто не усидеть.
Я называю это синдромом беспокойной души.
Ходить – с лопатой, пылесосом или пульверизатором, ползать в поисках пятен, воевать с грязью, пока не пройдёт ещё один день. Презирать праздность. Осуждать легкомыслие. Откладывать книги, фильмы, гостей на вечные «потом».
Это жизнь, в которой приятное чувство исполненного долга размывается подозрением, что все как-то чересчур сурово, но забить и расслабиться – это что-то с другой планеты.
- Я не могу читать, не убрав пыль, - снова говорит первая женщина. – Я просто не получу удовольствие.
Она знает о себе много правды, но в её словах есть лишнее звено. На самом деле фраза должна звучать так: «Я не могу читать, я просто не получу удовольствие».
Читать, смотреть кино, потягивая чай с вареньем, слушать музыку, болтать с подругами (не в чате, а вживую) - любая попытка расслабиться, отложив тряпку, чревата ростом напряжения. Пыль – способ держать напряжение в узде. Война с грязью – предлог, чтобы с ним не встречаться.
О чём это напряжение? Откуда оно берётся?
Откуда угодно.
Тряпки и тяпки – это стратегия совладания. Что-то случилось раньше, что заставило их появиться, и истории тут могут быть самые разные. Но скорее всего, в них будет много тревоги.
Иногда возня на кухне – тридцать банок варенья с позапрошлого сезона, сорок пять с прошлого – это единственная возможность хоть что-то контролировать, когда всё остальное летит в тартарары. Неужто можно в своем уме оставить последний оплот порядка?
Иногда до блеска отполированные вилки – это единственная победа, внятный и осязаемый результат на фоне многих проигрышей.
Иногда идеальный парник с огурцами – это убежище от чувства вины за свою неуместную как будто бы жизнь, на которую никто и разрешения не давал, и потому надо быть очень трудолюбивой, чтобы как-то её оправдать.
Иногда поиск пятен на стенах – это попытка приглушить страх за всё, что происходит вокруг. Вдруг уволят? Вдруг останусь в нищете? Вдруг не справлюсь с сыном-подростком?
Иногда глажка белья – это безопасное взаимодействие. Полотенце не оскорбит и не укусит, в отличие от тех, остальных, которые так и норовят причинить боль.
Иногда идеально чистые плинтуса – это попытка замолить судьбу. Смотри, как я стараюсь, я хорошая, не давай мне испытаний не по силам.
Синдром беспокойной души всегда немного о страшном мире, беспомощной себе и относительно безопасной нейтральной полосе между.
Моя ровесница (у женщин старшего поколения синдром беспокойной души – это, считай, нормальное состояние, там другой совершенно контекст) подолгу гладила каждую крохотную вещицу новорожденной девочки. Отказывала себе во сне и отдыхе, чтобы не пропустить ни единого микроба - а вдруг дочка заболеет? Она сама была не слишком любимой дочерью, её мать боялась её любить и подменяла любовь жёстким воспитанием, и вот теперь, получив свою собственную малышку, она обмирала от противоречивости чувств. Любовь и ненависть, нежность и ярость, влечение и обида, жар и холод. Этот конфликт выходил на поверхность в виде дистилированной тревоги, которую она пыталась пригладить утюгом.
Единственный способ справиться с синдромом беспокойной души – это смелость. Смелость остаться на диване, выдержать прилив напряжения и разглядеть то, что за ним маячит. Пугающие призраки не заставят себя ждать - ты это знаешь и потому не можешь разобрать в книге ни строчки. Когда вокруг сжимается кольцо собственных страхов, глаза ищут спасительную грязь, а руки тянутся к тряпке. И всё же останься. Погляди в лицо тому, кто к тебе придёт. Поговори с ним, порасспрашивай, поторгуйся. Притащи его на терапию, в конце концов, потому что так дело пойдёт гораздо быстрее. Скажи себе, что ты не одна, что тысячи людей проходили этот путь и в конце концов обретали драгоценное право на беспечность.
Конечно, можно поступить иначе. Можно захлопнуть эту чёртову книгу и пойти на огород, на кухню, в недостаточно стерильную ванную. Только, наверное, есть какая-то высшая несправедливость в том, чтобы прожить единственную жизнь, так и не соприкоснувшись с собственными бесстрашием и свободой".

Пока нет комментариев

У одного мужа пропала жена. Вышла выбросить мусор, до помойки — и пропала. Главное, жена-то была домашняя такая, тихая, спокойная. И всегда она была рядом. Нет, она работала, конечно. Изредка уезжала к старенькой маме на день-другой. Ходила в поликлинику, по магазинам, — не прикована была к дому, само собой. Но она всегда была рядом. На связи, как говорят. И за тридцать лет ни разу такого не было, чтобы жена пропала.
Муж пропадал несколько раз. Скажем честно: в молодости как-то у друга заночевал после именин с возлияниями. Однажды с рыбалки приехал на день позже, чем обещал. Тогда телефонов мобильных не было, жена страшно переживала. И еще пару раз было такое. Пропадал на ночь. За тридцать лет не так уж часто. Но было. А в этот раз жена телефон оставила дома. Муж звонить начал через час примерно, сначала он даже не понял, что жены долго нет. Он ламинат на кухне клал, был выходной день. Жена сказала: «Ваня, я до помойки!». Муж мотнул головой, мол, понял, не мешай. О, как он испугался, когда понял, что прошел час. А телефон пиликает на диване. Сначала растерялся. Потом сам себя уговаривал, что ерунда. Сейчас придет. А потом испугался. Вышел на балкон, — хотя балкон не во двор же выходил. Нет жены.
Тогда муж оделся быстро. В голову всякое лезло. Вдруг Наташа поскользнулась, гололед же. Упала и без сознания лежит. Вдруг хулиганы напали. Сейчас это редкость, но вдруг? Вдруг маньяк... Или под машину еще может человек попасть. И этот муж не пошел, побежал на улицу. А жены-то нет. Он два раза двор обежал, все проверил, даже в контейнер заглянул. Вот лежит зеленый пакет с мусором. Наш. А жены-то нет! Всегда была. А теперь нет. Муж вернулся домой. Вдруг Наташа вернулась? И сейчас все будет хорошо. Он скажет: «Ты с ума сошла! Где ты была?», — поругается, а потом все станет хорошо. Как раньше. На улице метель началась. Темнело, — зимой быстро темнеет. И муж снова бегал, искал, он почти плакал, как в детстве, когда маму потеряешь. Он дышать не мог. И не знал, что делать. Не в полицию же бежать, прошло всего часа полтора. Но он все равно был готов бежать в полицию. Хоть куда, только бы найти Наташу. И он молился обрывками молитв, которые слышал когда-то. И клялся быть самым хорошим в мире мужем. И бегал, в магазины заходил, спрашивал, не видели ли полную красивую женщину в сером пуховике? Наташа ее зовут. Наталья Витальевна. Не видели? Он вышел из магазина, пошел по улице. И видит — Наташа идет навстречу. Улыбается! Из пелены снега и из тьмы его Наташа вышла. Живая и здоровая.
«Ой, — говорит, — Ваня, я замешкалась в магазине. А ты куда собрался? Я тебе подарок купила. Хотела спрятать, вроде как сюрприз к Новому году. А не смогла удержаться, видишь, рассказала. Ты же мой характер знаешь. Вот, смотри, тебе нравится?»... И показывает пакет с перчатками, самыми лучшими... И снег идет. И фонарь загорелся, муж и жена оказались прямо в круге света. И муж схватил жену в объятия. Даже на перчатки не взглянул. Он выше намного был, поэтому жена не видела, как на его лице таял снег, — мокрое лицо-то было. И муж так кашлял, — чтобы скрыть всхлипы. Он же был большой дяденька, а не маленький мальчик. И они вместе пошли домой, муж и жена. За руку, как дети. И жена рассказывала, какие это отличные перчатки, самые лучшие! А муж ворчал тихонько, — мол, надо телефон с собой брать, кулема ты моя. Я же тебя потерял! Чуть не потерял. Но нашел. Так не всегда бывает... Не всегда. И потому замечать надо близких-то. И ценить их. И обнимать почаще. И помнить, что не все возвращаются из метели и тьмы. И всю жизнь потом мы ищем и ищем, хотя знаем, куда ушли те, кого мы любим...

Пока нет комментариев

ВИДЫ АГРЕССИИ


#1 Перед вами стоит стул. Вы спокойно берете его в руки и переставляете на нужное вам место. Вы совершили акт здоровой агрессии (вложили силы и изменили нечто в комнате)


#2 Перед вами стоит стул. Вы ногой, со злостью пинаете его в сторону. Это так же агрессия, но на разрушение (деструктивная) и как вы, думаю, чувствуете, она идет уже из бессилия, а не из ощущения власти над ситуацией.


#3 Перед вами стоит стул. Вы его двигать боитесь/ленитесь/не можете. Потому подходите к рядом стоящему человеку и начинаете с глубокими вздохами рассказывать о том, что если бы он был хорошим человеком, то давно догадался стул для вас подвинуть. Человек двигает. Это манипуляция, пассивная агрессия. Вы не пнули стул, вы виной попинали другого, а он уже перенес стул.


#4 Перед вами стоит стул. Вы его двигать боитесь/ленитесь/не можете. Потому подходите к рядом стоящему человеку и прямо просите вам помочь. Он стул двигает. Ваше усилие открытого самопредъявления и запроса чужих ресурсов так же акт здоровой (хоть и уязвимой) агрессии.


#5 Перед вами стоит стул. Вы стоите с ним рядом, а внутри упрекаете себя за то, что не двигаете. Это аутоагрессия. Она изменяет и подавляет ваше внутренне состояние, тогда как стул так и стоит на месте.


#6 Перед вами стоит стул. Вы очарованы им, он ровно то, что вы всю жизнь хотели. Вам стыдно, что ни у кого не спросив, вы берете и уносите стул к себе домой, признавая, что возможно принесли ущерб. Это осознанный выбор акта агрессии нарушающий чьи-то границы и одновременно признание своего авторства.


#7 Перед вами стоит стул. Вы очарованы им, он ровно то, что вы всю жизнь хотели. Вы берете и уносите стул к себе домой, а чтобы не нести ответ, аргументируете тем, что «нечего тут стулья разбрасывать». Это агрессия нарушающая чьи-то границы и не берущая ответственность за себя. Ведь иначе вы - воришка, а обнаружить себя «плохим» невыносимо.


#8 Перед вами стоит стул. Вам хочется его усовершенствовать. Вы пилите ножки, делаете мягким сидение, одним словом, творчески преобразуете. Это акт агрессии. Маше новый стул подходит и ей ваша агрессия оценивается как созидательная, а Петя считает, что стул вы изуродовали, оттого ваш акт агрессии расценивается им как разрушительный.


#9 Перед вами стоит стул. Вас просили его подвинуть, вы даже формально согласились, но нафига. Это саботаж. Пассивная агрессия в сторону того, кто вас просил.


#10 Перед вами стоит стул. Вы его двигаете. Тут приходит некто и начинает злиться на то, что стул подвинут. Вы сожалеете, что ему не подходит, но констатируете, что вам важно, чтобы стул остался на новом месте. Это здоровая агрессия признающая, что может кому-то не подходить.


#11 Перед вами стоит стул. Вы его двигаете. Тут приходит некто и начинает злиться на то, что стул подвинут. Вы начинаете обвинять его в том, что не он тут главный, он обвиняет вас в том, что есть правила… и понеслось. Это диструктивная агрессия с обоих сторон.


#12 Перед вами стоит стул. Вы не можете решить, двигать вам его или нет. Вы просчитываете варианты, ругаете себя за нерешительность, но так или иначе приводите все к положению, когда стул подвинут кем-то другим. Это выученная беспомощность, отказ от собственной агрессии. Однако с большой долей вероятности вы будете недовольны тем, как стул подвинули, обидитесь на Другого, обвините его в том, что он что-то сделал не так. И вот она ваша агрессия, но в пассивно-агрессвной обертке обнаружена.


#13 Перед вами стоит стул. Вы встаете на него, стесняетесь, но читаете стишок Дедушке Морозу. Это акт предъявления себя миру (агрессия вовне) и усилие прохождения через стыд (внутренняя агрессия усилия).


#14 Перед вами стоит стул. Вы уговариваете его подвинуться, вы объясняете, что вам это необходимо, вы требуете, в конце концов! Но стул не двигается и вы его пинаете аргументируя тем, что «сам виноват». Это отыгрывание роли Агрессора из треугольника Карпмана (смешение ответственности за свои действия на другого, даже если это стул) Фактически, вы совершили два удара: первый ногой, второй - обвинением.


#15 Перед вами стоит стул. Вы стоите перед ним. У вас всегда есть выбор, как поступить со стулом и как встретить последствия своих действий, чтобы чувствовать себя достойно.

Пока нет комментариев

У меня всё ещё получается жить предновогодье особенно, не падая в затрёпанное уже повсеместно уныние отсутствующего настроения.


Не так уж оно и требуется, это настроение, равно как и обязательный восторг с предвкушением волшебства.
Достаточно довериться жизни, и довериться самим себе. Помнить о скоротечности всего, даже надоевшего. И сохранить в себе способность видеть и слышать не только то, что нарочито и громко заполняет собою живые радары, а то, что никуда не делось, просто стало незаметнее на фоне дурного театра...


И, встречая поздние декабрьские рассветы, здорово напоминать себе, что время не останавливается ни там, где всё плохо, ни там, где хорошо.
Здорово задумывать рукотворные маленькие чудеса для близких по духу и любимых.
Здорово строить планы просто на уровне мечтательной надежды, а не предстоящего взыскания с судьбы.
И здорово оставлять себе хоть несколько минут на то, чтобы выпить чаю без спешки и посидеть, закрыв глаза, в преддверии нового дня, который, пусть и не всегда, но можно скроить по-своему, отыскав пару крупиц завалявшейся радости.


Не переставайте жить. Жить ощутимо. Жить в полном размере своих чувств и эмоций, не отсеивая стыдливо грусть и печаль, потому что нужны и они. Жить в своём ритме, в своём восприятии, в своей любви ко всему, что дорого для вас.


Год истекает, а мы остаёмся.

Пока нет комментариев