Сегодня
Впервые ОНА пришла, когда мне было 14 лет. Уходила бабушка. Тяжело уходила. Казалось, ее муки будут вечными. Но однажды утром все закончилось. Тогда я поняла смысл фразы «и это пройдёт». Завершится всё и все. Ещё поняла, что человека может не стать - безвозвратно, успей сказать важное, попросить прошения. ОНА научила меня.
⠀
Наша собака Дуська потерялась. Через две недели по дороге в школу я увидела её - худую, напуганную дворнягу. Позвала, несла домой на руках. Тяжелая, грязная, счастливая Дуська лизала мне ладони и щеки. Я ужасно гордилась собой - спасла жизнь. Рассказывала об этом знакомым. Через год во двор ворвалась больная бешенством лиса. Напала на Дуську и ее щенка. Пришла ОНА, забрала их. ОНА научила меня - не будь тщеславна. Ты не знаешь, поступила хорошо или плохо. Все относительно.
⠀
Я купалась в озере. Увидела торчащую из воды руку, тонула десятилетняя Таня. Жуткая хохотушка. Я подплыла сзади, нырнула, подбросила ее вверх и к берегу. Она вдохнула воздух и ушла под воду. Я ещё нырнула. И вновь. Обессиленные, нахлебавшиеся водой, мы выползли на песок. Кашляли и смеялись. ОНА подошла близко, чтобы показать, что иногда я всего лишь инструмент. В нужное время в нужном месте. Не более.
⠀
Когда мне был 21 год, близкий человек заболел. Операция. Облучение. Ещё облучение. Лечение растянулось на годы. Я крутила в голове вопрос: за что? Но это лишь вначале. ОНА стояла на пороге, ОНА учила прощать, не обращать внимания на мелочи, искать радость в каждом дне. Учила сопереживать и не жалеть себя.
⠀
Пару недель назад пёс Барсик, очень старый, совсем разболелся. Не вставал. Родители сомневались, везти его к ветеринару, или не трогать, дать спокойно умереть. Повезли. Уколы, таблетки. Барсику стало лучше, на неуверенных лапах он отправился на прогулку. Светило солнце. Он пометил углы у подъезда к дому, обоссал снеговиков, которых мы лепили с сыном. Грыз кости. Рычал на кота. Наслаждался. Вернулся в тёплую кочегарку, лёг и ушёл. ОНА сказала мне - цени мгновение, успей обоссать снеговика.
⠀
Смерть рисуют злой и страшной. Мне ОНА видится учителем, повторяющим - живи!
Закрой глаза и вообрази себе день, который однажды настанет:
совсем старая и дряхлая, ты лежишь в постели и не можешь подняться.
Вообрази момент в деталях, почувствуй запах лекарств, шелест непромокаемой простыни, холод, обволакивающий немеющие ноги и руки.
Пусть твоя фантазия станет машиной времени. Закрой глаза и побудь там – в комнате с самой собой, старой и угасающей. Ощути дыхание ангела смерти, стоящего у изголовья. Осознай, как мало осталось.
И, клянусь, если твоя фантазия постарается на славу, то ты вернешься в настоящее совсем другой – человеком, который больше не переживает из-за всякой ерунды. Будь то дурное настроение или разрыв с бойфрендом. Сравнивай размер проблемы не с прыщом на заднице, а хотя бы с венком на гробовой крышке.
Враг в роли родного. Зачем психика учится не видеть
Бывает открытие, к которому невозможно подготовиться. Ты вдруг понимаешь: человек, обязанный быть источником безопасности, на деле оказывается её главной угрозой. Не где-то там, во внешнем мире, а внутри семьи, внутри пары, внутри детской.
Тот, кто должен был защищать — калечит.
Тот, кто клялся в любви — методично уничтожает.
И самое страшное: это не чужой, это «свой».
Как вместить это в себя? Как продолжать жить с тем, кого любишь и боишься одновременно? Взрослая, зрелая психика, возможно, и справилась бы с этим противоречием. Но ребенок — нет. Да и травмированный взрослый часто отступает. На помощь приходит архаичный, но спасительный механизм — расщепление.
Два мира внутри одной реальности
Когда правда невыносима, психика идёт на сделку. Она разделяет мир на видимый и теневой.
В видимом мире всё «нормально»: мама устала и поэтому накричала, у партнера просто сложный характер, папа был строгим, но справедливым.
А то, что невозможно переварить — ужас, отвращение, боль — уходит в подвал бессознательного. Оно никуда не исчезает, просто становится невидимым.
Этот раскол — не слабость, а гениальное изобретение нашей биологии. Это способ выжить там, где от правды можно рассыпаться. Невозможно ненавидеть того, от кого зависишь, поэтому любовь и ненависть разводятся в разные комнаты психики и тщательно запираются.
Беда в том, что в «тени» остаётся не только боль. Там оказывается наша способность различать оттенки. Психика, привыкшая расщеплять, перестает видеть полутона: человек либо идеален, либо чудовище, либо ангел-спаситель, либо враг.
Во взрослом возрасте это звучит узнаваемо: сегодня партнер — «самый лучший», а после ссоры — «абсолютное ничтожество». Это след старых детских качелей, где признание в том, что близкий одновременно и источник боли, и источник жизни, было равносильно крушению мира.
Чаще всего — по странному чувству раздвоенности. Вам может быть физически плохо рядом с человеком, но голос в голове говорит: «Тебе кажется, всё ведь хорошо». Вы можете помнить факт насилия, но эмоционально он как будто выцветший, не ваш. Или вы ловите себя на мысли, что у вас есть «публичная» версия семьи (красивая, как в соцсетях) и та, которую вы прячете даже от самих себя.
Это не обман окружающих. Это внутренний разлом, который когда-то спас вас от боли, а теперь мешает собрать себя в целое.
Что с этим делать
Исцеление здесь — это не «победить тьму», а медленно и бережно, по кусочкам возвращать себе способность выносить реальность. Признать: да, этот человек сделал много тепла и сделал много боли. Иногда одновременно. И то и другое — правда.
Интеграция происходит не тогда, когда мы прощаем врага, а когда разрешаем себе знать. Знать свою историю без ретуши. Не для того чтобы обвинять, а для того чтобы наконец перестать делить мир на черное и белое, а себя — на выживающего и спрятанного.
Потому что пока «враг» — это близкий, вы будете воевать. Чаще всего с самим собой.
Не получилось достучаться до человека?
Ну, так и не стучите…
Может, у него дома никого нет…
«Такова особенность всех закрытых дверей, – говорила Баба Яга. – Они скрывают вовсе не то, что ты ожидаешь там найти. И при этом обладают невероятной, прямо-таки магической, привлекательностью: так и хочется их открыть. Вот только что ты обнаружишь за закрытой перед самым твоим носом дверью? Конечно, бывает, что и потенциальные возможности за ней отыщутся, и новые решения, и неизведанности самые разные. Но вполне может случиться и так, что за дверью этой тебя поджидают несбывшиеся мечты, новые разочарования, непреодолимые препятствия. Выбирать тебе. Тут, знаешь ли, уверенность в собственном выборе нужна и смелость принять скрытую от тебя пока неизвестность. Распахнёшь дверь, шагнёшь за порог и… получай, что заслужила!
Но хуже всего двери, которые, несмотря на все твои невероятные усилия, распахиваться не хотят, неподдающиеся такие. Постучишь, прислушаешься – тишина… И в этой вот тишине рождаются самые невероятные предположения. Может, это тишина, ожидающая и предвкушающая, затаившая дыхание, трепещущая от волнения? Готовая принять мгновенное решение? Сомневающаяся или мучающаяся угрызениями совести? Испытывающая твоё безграничное терпение?.. Впрочем, всё это не так уж и важно до тех пор, пока ты не поймёшь, что за закрытой дверью не просто тишина – пустота. И рассказывать, объяснять, стучать, открываться и открывать просто некому. Не бывает за такими дверями никаких «А вдруг?..» и «А что, если…». Только почему-то понимаем мы это не сразу, а лишь когда пальцы в кровь собьём да упадём от усталости…
И как бы это научиться понимать, какая закрытая дверь – это дорога мимо: не насквозь, а вокруг, не напролом, а в другую неизвестность? Как бы это научиться понимать, в какую дверь и стучать-то не нужно?..»»
Ольга Мешковская Пятакова. Сказочки. Дневники Бабы Яги
