Сегодня
В процесс-ориентированном коучинге работа с командами начинается не с отдельного сотрудника, а с внимания к тому, как устроена система в целом. Важно увидеть, какие формы взаимодействия в ней поддерживаются, какие оказываются нежелательными. Именно в этих местах часто возникает напряжение. В одном из кейсов преподавателя программы «Бизнес психология» коуча PCC ICF, бизнес-тренера и HR-стратега Надежды Селивановой вызов такой системе был брошен появлением нового сотрудника, пришедшего в компанию с задачей изменений. Это был сильный профессионал, активно проявлявшийся, предлагающий новые решения и иначе смотревший на процессы. Через несколько месяцев собственник инициировал опрос команды, чтобы оценить работу нового сотрудника. Формально все участники дали ему одинаково низкую оценку. При этом в личных разговорах между собой те же члены команды говорили о ценности изменений, свежем взгляде и пользе, которую приносит новый специалист. Разрыв между публичной позицией и личным мнением оказался поразительным. В процессе работы коуча стало видно, что конфликт разворачивается не между людьми, а между разными уровнями системы. Корпоративная культура компании предполагала особый язык взаимодействия: в личном пространстве сотрудники общались друг с другом живо и искренне, а в общем поле ориентировались на предугадывание позиции и желаний первого лица. В этом случае участники команды сделали вывод, что сам руководитель оценивает нового сотрудника плохо, поэтому просто подстроились под его мнение. В итоге новый сотрудник оказался в сложной ситуации, когда изначальное мнение руководителя еще больше подкрепилось оценкой команды. И эта оценка не была объективной — система просто отреагировала привычным для себя способом. Процесс-ориентированный фокус позволил рассматривать ситуацию не как проблему отдельного человека, но как взаимодействие разных уровней системы. Это открыло возможность искать решения, учитывающие реальную динамику, а не только формальные оценки. Узнать о том, как работать с командной динамикой, находить в ней болевые точки и вытраивать экологичное взаимодействие между разными уровнями поможет программа повышения квалификации и профпереподготовки «Бизнес-психология». с 12 марта | онлайн Узнать больше о программе вы можете по ссылке из комментариев. Ведущие - cert. PW, коуч MCC ICF Татьяна Кручиневская, коуч Level 2 ICF, фасилитатор, бизнес-консультант Ольга Черняк и коуч PCC ICF, бизнес-тренер, HR-стратег Надежда Селиванова, а также приглашенные спикеры.
Показать полностью…
📖 Командная динамика часто определяется тем, что остаётся вне внимания
В книге «Осознанность» Эллен Лангер, социальный психолог и профессор Гарвардского университета, описывает явление, редко обсуждаемое в бизнес-контексте, но часто лежащее в основе проблем внутри команд. Речь идёт о неосознанности — состоянии, в котором люди действуют автоматически, опираясь на привычные стратегии, прошлый опыт и закреплённые роли.
В коллективе это может проявляться в том, что сотрудники начинают мыслить шаблонами: «он неинициативный», «это не моя зона ответственности», «так здесь всегда делали».
Команда продолжает работать, но гибкость снижается, ошибки повторяются, а новые решения кажутся рискованными. По Лангер, проблема здесь не в нехватке компетенций, а в том, что внимание перестаёт быть живым.
В процесс-ориентированной психологии Арнольда Минделла такое состояние понимается как фиксация на первичном процессе — когда человек или команда отождествляются с привычными ролями и действиями. Всё, что не вписывается в сложившуюся картину, остаётся на периферии опыта и становится вторичным процессом.
Осознанность начинается со способности замечать новое: изменения в ситуации, альтернативные мнения, мотивы поведения людей. Когда внимание направлено не на ярлыки, а на различия, работа перестаёт быть механической. Сотрудники меньше застревают в ролях, лучше слышат друг друга и охотнее предлагают нестандартные решения. Лидеры начинают воспринимать правила не как неизменные, а как ориентиры, которые при необходимости можно пересматривать.
В процесс-ориентированном подходе доступ к осознанности связан с расширением внимания сразу к двум процессам - первичному и вторичному. Важно признавать и ценность привычного, на которую можно опираться, и того, что только просится быть проявленным, но уже влияет на динамику команды. И это создаёт условия для изменений и возвращает живость внутренней динамике.
➡ Узнать больше о том, как лидеру команды или сотруднику поддерживать осознанность с помощью методов процесс-ориентированной психологии, вы сможете на курсе «Бизнес-психология».
с 12 марта | онлайн
Ведущие - cert. PW, коуч MCC ICF Татьяна Кручиневская, коуч Level 2 ICF, фасилитатор, бизнес-консультант Ольга Черняк и коуч PCC ICF, бизнес-тренер, HR-стратег Надежда Селиванова, а также приглашенные спикеры.
🎓 Расписание обучающих программ МИПОПП | Для бизнеса
▪ Бизнес-психология
с 12 марта | онлайн
Ведущие - cert. PW, коуч MCC ICF Татьяна Кручиневская, коуч Level 2 ICF, фасилитатор, бизнес-консультант Ольга Черняк и коуч PCC ICF, бизнес-тренер, HR-стратег Надежда Селиванова, а также приглашенные спикеры.
▪ Реализация
начало осенью 2026 | Москва
Ведущие – dipl. PW, коучи Level-2 ICF Елена и Александр Николаевы
Вчера
ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ЭКСГИБИЦИОНИЗМ: ПОЧЕМУ МЫ ПРЫГАЕМ В ОТНОШЕНИЯ "БЕЗ ТРУСОВ"
Название этого текста могло бы быть более приличным. Например, «Проблемы скоростной интимности и диффузные границы эго». Но к чёрту приличия. Когда человек на втором свидании вываливает на партнёра историю своего детского энуреза, список всех измен бывшего и подробную информацию о своих психологических травмах - это называется именно так: психологически без трусов.
Феномен «голого ныряльщика»
Есть люди, которые не умеют заходить в воду постепенно. Никакого «попробовать воду на ощупь ногой», никакой предварительной проверки её температуры или, упаси боже, изучения дна на предмет ржавых арматур. Они сразу делают сальто назад с обрыва в незнакомый водоём.
В терапии это часто выглядит как интенсивность вместо близости.
Симптомы: через три дня после знакомства вы уже «родственные души». Через неделю планируете общую старость в домике у моря. Через две - вы знаете все его травмы, а он - почему вы не общаетесь с матерью.
Иллюзия: кажется, что это и есть та самая «настоящая любовь» и «тот самый человек».
Реальность: это тотальное отсутствие кожи.
Почему мы это делаем (спойлер: не от большой уверенности)
За этим отчаянным стриптизом души обычно стоят три всадника психологического апокалипсиса:
1. Жажда слияния. Страх одиночества настолько велик, что хочется максимально быстро «врасти» в другого. Если я сразу стану голым и понятным, меня быстрее примут. Такая вот иллюзия.
2. Тест на выносливость. «Я сейчас вывалю на тебя всё своё самое худшее, и если ты не убежишь - значит, ты меня любишь». Это такая форма эмоционального терроризма: «Люби меня чёрненьким, а беленьким меня всякий полюбит».
3. Отсутствие границ. Человек просто не понимает, где заканчивается он и начинается Другой. Трусы (метафорические) - это ведь тоже граница. Это то, что мы снимаем только тогда, когда в спальне стало безопасно. Но «ныряльщики» уверены, что спальня - это весь мир.
Человек не чувствует своей кожи, он чувствует себя собой только тогда, когда он в ком-то растворён. Если он «одет», он ощущает себя в изоляции, в вакууме, где нечем дышать.
Чем это опасно
Проблема в том, что когда вы прыгаете без трусов в незнакомую реку, вы рискуете встретить не только «любовь всей жизни», но и обыкновенный бытовой мусор.
• Вы беззащитны. У вас нет времени разглядеть в партнере абьюзера, манипулятора или просто скучного зануду.
• Вы пугаете. Нормальный, психологически здоровый человек от такой скорости сближения обычно испытывает желание вызвать экзорциста или, как минимум, такси до канадской границы.
• Похмелье. Когда гормональный угар проходит, вы обнаруживаете себя голым рядом с абсолютно чужим человеком. И это чертовски неловко.
Этот прыжок в «психологическую наготу» - автоматизм, вшитый в структуру личности.
Как эта «беззащитность» конструируется и почему её нельзя починить за три сеанса психотерапии
Обычно фундамент закладывается там, где границы ребёнка не просто нарушались, а не признавались в принципе.
1. Инвазивная среда: Если мама или папа заходили в комнату без стука, читали дневники или - что хуже - требовали «эмоциональной прозрачности» («Почему у тебя такое лицо? А ну расскажи всё маме, не смей ничего скрывать!»), ребёнок усваивает: быть одетым - значит быть виноватым. Скрытность (право на личное) приравнивается к предательству.
2. Дефицит контейнирования: Если чувства ребёнка были слишком «громкими» для родителей, и их не помогали переварить, они остаются внутри. Человек растет с ощущением, что его внутренний мир - это хаос, который он не может вывезти в одиночку. Ему жизненно необходим Другой, чтобы «вывалить» в него это всё и наконец-то выдохнуть.
3. Травма отвержения: Прыжок без трусов - это превентивный удар. «Я покажу тебе всё самое ужасное сейчас, чтобы ты бросил меня прямо сейчас, а не тогда, когда я уже привяжусь по-настоящему». Это парадоксальный способ контролировать боль.
Что с этим делать (инструкция по одеванию)
Если вы узнали себя, не спешите посыпать голову пеплом. Как психолог я видела много таких «заплывов». А в подростковости и юности, до личной психотерапии, я и сама считала, что моё «психологически без трусов» = искренность и доверие (спойлер: ага, щас).
Краткий чек-лист по технике безопасности:
• Купите гидрокостюм. Научитесь оставлять что-то для себя. Ваша личная история - это не разменная монета для покупки чужого внимания.
• Считайте до десяти. Перед тем как рассказать о своём самом постыдном секрете, спросите себя: «А что я знаю об этом человеке, кроме того, что у него красивые глаза и он любит пиццу?» и «Что я знаю о нём, кроме того, что он счёл нужным рассказать мне? Я уже проверила на опыте, что то, что он говорит мне - чистая правда?»
• Уважайте дистанцию. Близость - это дистанция, преодолённая СО ВРЕМЕНЕМ, а не отменённая одним махом. Попробуйте сначала зайти по щиколотку. Поверьте, вода от этого не станет холоднее.
Всё же настоящая близость - это не когда вы голые с первой минуты, а когда вам настолько безопасно друг с другом, что вы решаете раздеться спустя долгое время. И это осознанный выбор, а не дефолтное состояние.
Что с этим делает терапия (и за счёт чего это работает)
Никакое КПТ тут не поможет, потому что это не «ошибка мышления», а способ существования.
Работа идёт в долгосроке через терапевтические отношения как безопасный полигон.
• Формирование «кожи» (эго-границ): Терапевт становится тем самым человеком, который не ныряет следом. Когда клиент вываливает всё, терапевт мягко (но твёрдо) притормаживает. Мы учим клиента выдерживать паузы. За счёт чего? За счёт того, что терапевт остаётся стабильным, не пугается этой наготы, но и не поощряет её как единственный способ связи.
• Контейнирование: Терапевт забирает этот хаос, «пережёвывает» его и отдаёт клиенту в удобоваримом виде. Постепенно клиент научается делать это сам - его внутренний «контейнер» укрепляется, и ему больше не нужно судорожно искать, в кого бы выплеснуть свои чувства, чтобы не взорваться.
• Легализация приватности: В терапии человек впервые узнает, что иметь секреты - это не стыдно. Что «закрытая дверь» - это не признак ненависти, а признак наличия Я. Мы буквально взращиваем право на одежду.
Ирония процесса
Самое смешное (и грустное), что когда такой человек начинает «одеваться», он часто чувствует себя ужасно «плохим». Ему кажется, что он стал холодным, закрытым и скучным.
Терапия в данном случае - это процесс превращения из эксгибициониста в человека, который умеет выбирать красивое бельё. В человека, у которого теперь есть выбор: снимать трусы тогда, когда он сам этого хочет, или не снимать. Вместо того, чтобы ходить с первой встречи «без трусов» просто потому, что иначе он не умеет.
