Сегодня
Видишь дoм?
В дoме свет.
И над кpышей дымoк...
Значит, тoпится печь
и печётся пиpoг...
На oкoшке цветы,
в кpесле дpемлющий кoт.
Значит, есть кoгo ждать.
Значит, есть тoт,
ктo ждёт...
МУЖЧИНА И ЖЕНЩИНА В ЭПОХУ ПОТРЕБЛЕНИЯ: КТО КОГО ЕСТ?
Мы живём в мире, где логика рынка проникла даже в самые интимные сферы. И часто не замечаем, как сами начинаем говорить на его языке.
Женщина нередко оказывается в положении «товара» - пусть и сложного, одушевлённого. Социальные нормы, инстаграм-культура, давление «быть привлекательной» (лучше читать желанной) заставляют её упаковывать себя, выставлять на витрину ожиданий и ждать «покупателя». Её тело и внимание становятся валютой. Но за этой упаковкой часто скрывается страх: боязнь не соответствовать, оказаться «несвежей», неконкурентоспособной. А главное - страх собственного желания. Признать его - значит стать уязвимой, выйти из безопасной роли «объекта» и стать «субъектом», который тоже чего-то хочет и может получить отказ.
Мужчина в этой схеме становится «потребителем». Его поощряют к стратегии «пришёл, увидел, победил». Но что он на самом деле побеждает? Чужую оборону? Или свою же возможность настоящей близости? Он потребляет образ, галочку, достижение. А за этим часто стоит та же пустота и то же бессилие - невозможность быть просто человеком, а не добытчиком, не «победителем», не машиной по решению задач.
Женщина, боясь своей уязвимости, часто молча поддерживает эту модель. Проще играть по известным, пусть и унизительным, правилам, чем рискнуть и заявить: «Я хочу не быть завоеванной. Я хочу встретить». Это не коварство, а часто - выученная беспомощность. Система сильнее.
Но истина в том, что этот потребительский конвейер - тупик. Он оставляет после себя только тонны потрёпанных образов, взаимные претензии и щемящее чувство, что всё могло быть иначе.
Пора сойти с этой беговой дорожки . Перестать быть продавцом и покупателем . Отказаться от ролей, которые лишь имитируют близость.
Настоящая сила - не в завоевании, а в приглашении. Не в продаже себя, а в смелом показе своей подлинности, той самой «чудинки-дивинки», что не имеет рыночной цены, но бесценна.
Потому что секс - не английский технизм. Это наше родное «диво дивное, чудо чудное» - явление непостижимое, рождающееся в пространстве между двумя сердцами, а не двумя телами. Испокон веков главной была история не о похоти, а о любви.
Следовательно, жить нужно именно с любовью.
Не как с абстракцией, а как с единственно верным и смелым решением. С решением видеть в другом не функцию, а целый мир. С решением быть уязвимым и принимать уязвимость. С решением создавать встречу, а не сделку.
В этом и есть конечный, неоспоримый вывод: «Всё иное - лишь суррогат. Всё иное - прожито впустую. Живите с любовью - либо не двигайтесь вообще!»
