Сегодня
Меня всегда удивляли пары, где один очень умненький и любознательный, а вторая – просто красивая.
И наоборот: она – настойчивая работяга, а он запивает банан крепленым пивом и покупает танки за премию.
Ну, о чем они разговаривают? На какие темы обнимаются и как определятся с общей судьбой? Ведь один хочет в Порто, а второй булочку.
Вот сидим мы большой компанией в баре.
Обсуждаем депрессию, политику и прыщи. Он рассказывает о синдроме выученной беспомощности. Говорит, что изучал исследование, проводимое со старичками в Коннектикуте. Мол, одних купали в благах и настойчивой заботе, а вторым нужно было добиваться уюта самим: выбирать препараты, сдавать белье в стирку и записываться в очередь на процедуры. И вторые – оскорбленные и ущемленные – были счастливее. Жили дольше и какали систематичнее.
- Понимаете, - кричит умный друг, - выбор и возможность влиять на свое будущее – ценный жизненный энергетик! Нам не нужно «чтобы хорошо». Нам важно «чтобы была возможность сделать хорошо». Пусть даже не сразу.
- Зай, - говорит его неумная, скучающая девушка, - а отрежь мне яблочко.
И он режет. И целует ее в ладонь.
- Знаете, - говорит умная подруга, - а ведь интернет-радиостанция – не такая уж и сложная штука. Она не связана с эфирными субстанциями. Достаточно сбацать сайт с потоком аудио, купить хостинг, и фигачить. А что? Я всегда мечтала сделать «другое» радио. Где и Joy Division, и Цой, и замиксованный Моцарт. И Бузову можно. Назову «Радио Лазанья». Типа, все, что было в холодильнике-плеере – раз, и в блюдо-эфир. Прикольно, да?
- О, - говорит ее неумный парень, - а давай ты приготовишь лазанью завтра? А то у меня че-то после твоей картохи так живот болит. Я срал полдня. Прикиньте, прям стрелял! Ох и шороху навел в сартире, конечно. Вы бы слышали!
И она готовит. И постит его счастливое лицо с тарелкой. Сейчас он доест, ляжет на диван, а она посудку мыть. И мечтать о радио.
Я совсем-совсем не понимала. Как такое может быть? Разве не хочется сосуществовать с человеком, который мыслит, чувствует и хочет в тех же плоскостях, что и ты?
- Да какая разница, о чем она думает? - говорит умный друг. - Пусть хоть вообще не думает. Зато я знаю, что она без меня умрет. Вот захочет разрезать яблочко это свое, "голден только, зай, бери", спутает нож с градусником, и помрет. А еще она меня любит. А я ее.
- А мне все нравится, - говорит умная подруга. - Я домой прихожу. И реву на тумбочке в коридоре из-за усталости. Так громко, знаешь, аж соплями давлюсь. А он ко мне выходит и обнимает. Так крепко-крепко. И в этих объятиях ни одного вопроса: «Где была?», «Как отчет?», «Выслала правки?». Только утверждение: «Люблю тебя». И, скорее всего, «Я покакал». И я знаю, что все будет хорошо. Что я в безопасности.
Так вот...
Пусть вас любят так же честно.
И переживают, покакали ли вы.
Все мы люди. Все мы в одной плоскости.
На группе говорили про этапы развития сексуальности. А развивалась она в детстве, конечно – никому ее вместе с аттестатом не выдали.
Так вот, про детство и детские игрушки.
Для мальчиков естественно играть в насосы, подьемные краны и стрелялки всех видов.
Эти игрушки повторяют их физиологию, поэтому помогают им безопасно осваивать собственную агрессивную силу и сексуальность. Если она не освоена, то потом или прорывается бесконтрольно, или сложности с эрекцией.
А для девочек физиологично играть в куклы, посуду и «дочки-матери», так как их телесный опыт ориентирован на внутреннее принимающее пространство и заботливое взаимодействие.
Если мальчик через игру с «проникающими» и «разрушающими» объектами символически осваивает свою фаллическую энергию, то девочка через обустройство домика, одевание куклы или кормление игрушки проигрывает циклы эмоционального включения, вынашивания и создания комфорта, что резонирует с её вагинальной телесностью.
Если бы я прочла этот текст 20 лет назад, я бы разнесла его огнем и мечом. Написала бы, что автор дура, а я в детстве играла в войнушку и мечтала о ноже, как у Рэмбо. Чтобы лезвие было антибликовое, и ночью не выдал отблеск луны.
Мне мое женское было невыносимо признавать, это была территория слабости. А слабых убивают. Таков был мой мир.
После 20 лет работы психологом мой мир немного изменился)
Поэтому добавлю оговорку:
физиология лишь задаёт вектор, но не жёсткую программу.
Современный психоанализ знает, что психика ребёнка развивается в контексте культуры и отношений в семье, а также личных особенностей.
Поэтому, когда мальчик тянется к посуде, он осваивает пассивный и заботливый полюс своей психики (связь с матерью), а когда девочка играет в стрелялку, она тренирует свою маскулинную часть и активное вторжение в мир (связь с отцовской реальностью).
И разделение «физиологично/нефизиологично» несёт в себе только часть интересной информации, но не безусловную биологическую правду.
Поэтому, если у вас дети, пусть вас это не тревожит, но лучше помогает понять своих детей и их этапы развития.
Большинство из нас воспитывали так, чтобы мы были хорошими, а не настоящими; приспосабливающимися, а не надежными, адаптивными, а не уверенными в себе.
~ Джеймс Холлис
