Вчера
22 апреля начинаем читать книгу "Лечение патологического нарциссизма"
Читаем 2 раза в месяц. Длительность встречи 1 час. Помимо чтения и обсуждения прочитанного, вы можете задать мне вопрос, я с удовольствием отвечаю.
Кроме этого, к каждой главе я готовлю свой комментарий и понятное объяснение тех частей книги, которые вызывают вопросы.
Во время встречи идёт запись, которая предоставляется всем участникам. Поэтому, если у вас есть тревога за качество интернета, можете не переживать, запись будет обязательно.
В каждом из нас живёт непрерывно звучащая мелодия — уникальный, глубоко личный ритм, в котором смешиваются радость и печаль, штиль и шторм. Мы привыкаем к её звучанию, считая его своей незыблемой константой. Однако последние научные данные заставляют взглянуть на эту внутреннюю симфонию иначе.
Работа, опубликованная в 2025 году, проливает свет на любопытную деталь эмоциональной жизни. Наблюдая за людьми в их повседневности, учёные обнаружили: переживание глубокой, экзистенциальной отделённости от других напрямую связано с тем, насколько нестабильна наша внутренняя «погода». Речь не просто о преобладании грусти или тревоги. Лонгитюдные данные показывают: чем острее человек ощущает пропасть между желаемым и реальным кругом общения, тем сильнее его позитивные состояния подвержены внезапным и непредсказуемым колебаниям. Хорошее настроение не просто уходит — оно обрушивается резко, без видимых причин, сменяясь эмоциональным штилем, который так же внезапно может быть нарушен новой, почти лихорадочной волной.
Это напоминает не расстроенный инструмент, а скорее оркестр, лишившийся камертона. Без возможности резонировать с другим человеком, без внешней точки опоры, наша собственная амплитуда становится хаотичной. Мелодия теряет стройность, звучит то громче, то тише, и мы сами перестаём понимать её логику. Эта потерянная «партитура» — не следствие слабости или черты характера, а фундаментальный сдвиг в системе координат, когда психика лишается одного из главных механизмов саморегуляции — социального отражения.
Связь здесь глубже, чем просто «плохое настроение от недостатка общения». Это вопрос устойчивости. Когда мы чувствуем себя понятыми, когда наши эмоции находят отклик в другом, сама ткань нашего бытия обретает прочность. Разрыв этой ткани приводит к тому, что радость, это хрупкое состояние, становится мишенью. Именно она подвергается наибольшей эрозии, теряя свою инерцию и стабильность. Мы не просто становимся более грустными — мы теряем способность удерживать свет.
Интересно, что само восприятие уединения играет ключевую роль. Отдельное исследование, проведённое в 2025 году, показало: те, кто способен видеть в минутах наедине с собой не изоляцию, а ресурс, возможность для восстановления и самопознания, испытывают значительно меньший дискомфорт. Оказывается, тишина способна лечить — но лишь в том случае, если мы сами наделяем её этим правом, а не воспринимаем как наказание.
Так что же делать с этой информацией? Не стоит пытаться «починить» свою эмоциональную нестабильность напрямую — это всё равно что запрещать морю волноваться. Возможно, ключ лежит в иной плоскости: в осознанной настройке на собственный камертон. Не в погоне за количеством социальных связей, а в поиске того резонанса, который возвращает вашей внутренней мелодии устойчивость и предсказуемость. Иногда таким камертоном может стать значимый разговор, иногда — погружение в любимое дело, а иногда — просто честное, принимающее одиночество, которое вы сами выбрали, а не которое вас настигло. Ведь в конечном счёте, только обретя внутреннюю точку опоры, мы перестаём зависеть от внешних ветров и позволяем своей симфонии звучать ровно и сильно.
Олечка была невероятно красивой. Такая красивая, что даже голуби, увидев ее курящей на балконе, застывали в воздухе и забывали как летать и гадить.Застынет такой. И висит. Любуется.И умная была тоже..Врач-стоматолог весьма перспективный и неплохо зарабатывающий. Что немаловажно и тоже вызывает уважение у голубей.Когда Олечка в белом недлинном халатике шла по коридору своей клиники, у всех пациентов мужского пола (пусть они сперва пришли в урологию) зубы начинали болеть и требовать немедленной починки.У пациенток зубы тоже начинали болеть. Но от зависти.Однако после близкого или относительно близкого знакомства с Олечкой, у всех на Олечку случался импринтинг, любовь и уважение. Поскольку человеком она была открытым, веселым и по-настоящему добрым.Очень, очень хороша была Олечка.***Она к своим двадцати пяти годам была уже пять лет как замужем. Всем тогда полагалось замуж, чем раньше тем лучше. Олечка волей судьбы и родителей тоже оскоромилась и вышла.Муж Андрей был среднего качества, но не самый худший из возможных… Но… Но только характер у Андрюхи был говняный. Вот не просто унылоговняный, а злобноуныложелчноговняный характер, из тех, которые часто выдаются в нагрузку к маленькому росту, маленькому пенису и слабой потенции.Само собой, такое сокровище, как Олечка он не мог не ценить. И, понятно, что ценил он его в рамках своего унылозлобноговняного дискурса.— Как я выгляжу? — спрашивала Олечка утром. (Все женщины зачем-то делают это, как будто им не все равно).— На троечку, как всегда. Смирись уже с тем, что ты страшненькая, — отвечал, сцепив ротик в морщинистую попочку, муж. И отворачивался. И требовал подать еще блинов и кофе с молоком.— У меня вчера был такой сложный случай, так вот я…— Мне не интересно. Лучше поди ребенка в школу собери. И еще кофе. — Морщинистая попочка становилась еще морщинистее.— А пошли вечером к Петровым. Там попоем, посидим, поболтаем.— Нечего там делать у твоих Петровых. Дураки… Мы к ним ходим, а они только и думают как нас нае*ать.— Петровы? Им-то зачем? Они вроде как…— Все хотят всех нае*ать. Ты просто глупая. Жизни не знаешь.Андрюша был из тех, кого все всегда хотят нае*ать. А если не нае*ать, то использовать. А не использовать, так подставить. А не подставить, так посмеяться…В общем, Андрюша был такой человек, который родился в ночь с понедельника на понедельник, причем оба понедельника были пятницей тринадцатого. Когда он родился, акушерка назвала его неведомой зверушкой, закатала в бочку, бочку кинула в море…Там он в этой бочке и жил до своих тридцати лет. Из бочки гундося, что мир — говно, люди-твари, а Олечка уродина, дура и никому кроме него- Андрюхи не нужна. И что, женившись на Олечке, Андрюха спас ее от одиночества, панели, тюрьмы, сумы, психушки и прозябания…Да что я? Мы такое все знаем…Но «все так живут». Поэтому Олечка, в очередной раз выслушав то, какая она бесполезная дура, шла на балкон курить и не замечала ни застывших в восхищении голубей, ни своего красного диплома, ни того, что она уже давно обошла Андрюшу по карьерной лестнице и по зарплате… кстати.Любовь така любовь.Так бы и жила бы Олечка, возможно в какой-то момент сдавшись и поверив в свою «троечку» и став «троечкой», и перейдя, как настаивал Андрюша, в поликлинику ближе к дому простым врачом… А то и уволилась бы, потому что Андрюша сетовал, что ребенок брошен, дома грязь и ужины не достаточно свежи и калорийны.Но Бог все же любит нас (или это голуби не вынесли несправедливости и нажаловались кому надо). И в клинику, где Олечка работала, приехала делегация врачей из Италии делиться опытом и все такое.И ах нет… Читатель ждет уж рифмы адюльтер. А там просто был итальянский дедушка-профессор, который конечно же в Олечку влюбился, но больше как в специалиста… и позвал ее на практику в город Триест. На полгодика.— Нет! Нет! Никогда! — визжал Андрюша и швырял чашки в стену. — Ты что шлюха? Да ты там только для этого нужна? ТЫ что думаешь тебя всерьез берут за твои мозги… у Тебя их нету! Тебя берут туда, чтобы вые*ать. Потому что баба ты видная…— Погоди! — не поняла Олечка. — Как это «видная»? Ты ж говорил всегда, что страшненькая.— Это я так говорил, чтоб ты не мнила там о себе. А так, тебя ж только за твою внешность и держат. Врач-то ты так себе. Дура потому что.Вот тут Олечку и перемкнуло.Собрала она вещи, ребенка и сперва к маме, а потом в город Триест.Когда вернулась, Андрюша был тише воды -ниже травы. Но как раз там в Триесте и случилось то, чего так давно уже ждет читатель. Совсем с другим человеком. И без продолжения.Но Олечка вдруг увидела, что член может быть и побольше, секс поинтереснее, а с утра можно попросить кофе с молоком и блинчиков в постель и услышать «Какая же ты красивая… умная… самая лучшая… и пойдем вечером танцевать и пить вино… «.А что? Так можно было?С Андрюшенькой они расстались. Андрюшенька через полгода обзавелся очередной «олечкой», тоже, кстати, очень красивой и умной. Но нашей Олечке это было уже не интересно. У нее была своя жизнь, в которой она была «на отлично».А во всем виноваты кто? Голуби…Зы. Я это к тому, что если какой-нибудь андрюшенька говорит вам, что вы «На троечку» — сам он на троечку. Лопаткой по башке, зарыть на грядке и забыть…
Показать полностью…
Иногда я думаю о людях, у которых нет кожи. Не в буквальном смысле, конечно. А в том самом, о котором писала Марша Линехан — женщина, создавшая терапию для пограничного расстройства и сама прошедшая через этот опыт. Она сказала однажды: «Человек с ПРЛ — как пациент с ожогом третьей степени. У него просто нет эмоциональной кожи. Даже малейшее прикосновение причиняет невыносимую боль» . Я часто возвращаюсь к этой метафоре. Она объясняет так много. Почему обычная ссора может ощущаться как конец мира. Почему даже короткая пауза в сообщении от дорогого человека вызывает панику — не тревогу, а именно панику, будто земля уходит из-под ног. Почему внутри постоянно штормит, а чувства скачут от эйфории до отчаяния за пару часов . Недавно в журнале Biomedicines вышло большое исследование о мозге людей с ПРЛ. Учёные проанализировали 112 научных работ, опубликованных вплоть до 2025 года, и подтвердили то, что многие чувствуют кожей, но не могут объяснить словами. При ПРЛ нарушена связь между префронтальной корой (той частью мозга, что отвечает за контроль и осознанные решения) и амигдалой (миндалиной, нашим древним «сторожем», бьющим тревогу). Сторож орёт во всю глотку, а тот, кто мог бы его успокоить, не слышит или не успевает добежать . И это не «просто характер». Это нейробиология. Физика души, если хотите. Другое исследование, систематический обзор 2026 года, показало: эмоциональная дерегуляция и импульсивность — ключевые звенья. А ранние травмы детства увеличивают риск агрессивного и саморазрушительного поведения в 4–6 раз . 78% подростков и 73% взрослых с этим диагнозом сталкиваются с мыслями о самоубийстве или самоповреждениями. И знаете, что говорят сами люди? Что физическая боль иногда приносит облегчение. Потому что она хоть какая-то. Хоть что-то реальное в мире, где всё размывается и утекает сквозь пальцы . А ещё у людей с ПРЛ истончена кора в правой затылочной области — и это, как ни странно, связано с тем, как тело пытается успокоиться через блуждающий нерв. Удивительный парадокс: на уровне мозга видно, что система регуляции пытается работать. Просто ей очень, очень трудно . Но вот что меня задевает больше всего. Мы живём в мире, который обожает ярлыки. «Токсичный», «манипулятор», «просто хочет внимания». И люди с пограничным расстройством часто слышат это в свой адрес. А на самом деле за этим поведением стоит не расчётливая игра, а невыносимая боль. Не манипуляция, а крик о помощи, облечённый в неуклюжую, иногда разрушительную форму. «Я ненавижу тебя — только не бросай меня» — это не каприз. Это противоречие, разрывающее человека изнутри . Сейчас учёные из Университета Монпелье предложили новый взгляд: возможно, ПРЛ — это своего рода «расстройство использования отношений». Зависимость от другого человека, похожая на химическую. Когда без внешнего подтверждения, без отражения в чужих глазах собственное «я» будто перестаёт существовать . Мне кажется, это объяснение даёт надежду. Потому что зависимости лечатся. Нейронные связи перестраиваются. Исследования уже показывают: психотерапия помогает нормализовать активность передней поясной коры — той самой зоны, что отвечает за регуляцию эмоций . Это не быстро. Это как учиться ходить заново. Но это возможно.А пока — просто знать. Что некоторые люди ходят по миру без кожи. И их боль — не спектакль. Она настоящая. И если вы узнали в этом тексте себя или кого-то рядом — это не приговор. Это карта местности. А когда знаешь карту, идти немного легче.
Показать полностью…