Сегодня
Познакомился Назар с девушкой и понравилась она ему с первого взгляда: волосы длинные, фигура, как у модельки, одета со вкусом. Правда, не молода, 35 лет, но и Назар не мальчик, недавно пятый десяток разменял.
Повстречались, в кино походили, в рестораны - всё честь по чести, и через месяц знакомства пригласил Назар Катю к себе.
Катя вошла в холостяцкую квартиру, как фея: в длинном вечернем платье красного цвета, в туфлях на шпильках и казалось, должна была произвести большое впечатление, но Назару стало не по себе.
Когда они встречались, даже в ресторанах, Катя была одета по человечески: либо платья, красивые, но без излишнего шика, либо брючные костюмы. Сам Назар не стал надевать костюм и был во всём спортивном. Что дома наряжаться?
— Необходимо срочно снять напряжение и выпить, - подумал Назар, достал бутылку красного вина и бокалы.
— Ты забыл, что я не пью, - сказала Катя.
Да, Назар знал, что девушка всегда за рулём и спиртного не употребляет, но разве она собирается сегодня ехать домой?
— А я думал, что ты до утра останешься.
— Если я остаюсь, то остаюсь навсегда, - ответила Катя.
Это прозвучало как-то угрожающе.
— Назар, мне необходимо сейчас помедитировать, где я могу расположиться?
Назар отвёл Катю в свой кабинет и удалился пить вино.
Всё было очень странно: красное платье, шпильки, медитация.
Кати долго не было и Назар заглянул в кабинет. Девушка сидела на полу в позе лотоса и это вместе с платьем и ярким макияжем, выглядело комично, будто было собрано из разножанровых кинолент.
Медитация длилась полтора часа. За это время Назар уговорил бутылку вина и перешёл на виски.
Катя вошла в гостинную с видом значительным и неприступным. Да и у Назара не было особого желания домогаться девушки. Стали разговаривать. Катя оказалась знатоком эзотерики, во время предыдущих встреч эта тема как-то не всплывала, да и не говорили они много: то фильмы смотрели, то ели.
Катя сыпала непонятными терминами и Назар заскучал. Когда Катя засобиралась, он вздохнул облегчённо и уговаривать остаться не стал. Из головы не выходила фраза: "Если я остаюсь, то остаюсь навсегда". Назар представил, что Катя поселилась у него, каждый день часами медитирует в вечерних туалетах, и ему стало смешно.
Катя поехала не домой, а к своему тренеру и учителю по личностному росту и женской привлекательности, Ларисе Владимировне.
— Ну что, Катерина, как всё прошло? Выполнила инструкции?
— Да, и платье красное надела, и шпильки, и медитировала полтора часа, и на ночь не осталась.
— Молодец! Красный цвет и туфли на шпильках на мужчин действуют сногсшибательно. И загадку в женщинах они любят. Он понял, что ты не дурочка какая-нибудь, а красивая и умная женщина, владеющая тайными знаниями, не такая как все.
— Да, Назар был явно изумлён и не знал как себя вести, я это заметила. Правда трудно было сидеть полтора часа, я про себя песни Лазарева напевала, еле дождалась, когда время пройдёт.
— Умница. Теперь пусть предложение делает. Сама ему не звони.
Звонка Назара Катя так и не дождалась. Лариса Владимировна объяснила, что это к лучшему, значит жениться он не намерен и нечего на такой объект время тратить. Это был уже третий объект за восемь месяцев.
— Бракованные какие-то мужики пошли, - думала Катя, - Ну ничего, будем искать.....
«Очень странные дела» этого мира...Ирина Млодик про нашумевший сериал и свои впечатления от него
Я по сериалам всегда отстаю, все уже посмотрели, а я обычно только начинаю смотреть, когда все вокруг: клиенты, участники групп начинают горячо обсуждать: «Какой странный финал!», и я думаю, почему это для них так важно, откуда столько эмоций и начинаю смотреть.
А тут можно и сериал не смотреть: мир вскрывает скандал за скандалом, изнанка прорывает красивую картинку и монструозная часть скрываемого является нам во всей неприглядности. И если смотря сериал, я могу просто захлопнуть ноутбук, чтобы не видеть этих демогорганов, с отвратительным чавканием пожирающих мир, то от новостей, файлов, разоблачений сложно укрыться. В сериале меня поражало, даже казалось не очень правдоподобным, что часть родителей живут себе безмятежно: играют в гольф, пекут пироги, вообще не замечая, как их дети сражаются с пожирающим город злом.
А сейчас я их понимаю: нам всем бывает сложно переварить людскую Тень, такой обезжиренной она казалась в прежние, относительно гуманистичные времена, а на самом деле никогда не была столь уж невинной и психологизированной: в мире много мерзкого, отвратительного, вопиющего, непостижимого для нормальной психики. Все это часто совершенно невозможно переварить.
Короче, сериал, конечно, нужный и не только для подростков и не только о них же: об аде пубертата и спасительной функции дружбы, которая способна вытащить тебя из любой преисподни, что очень даже правда, вот почему всегда говорила родителям подростков как важно, чтобы у детей были друзья и время для общения, иначе все проблемы этого возраста могут захватить и разрушить: депрессия, буллинг, одиночество, ощущение себя «не таким», эмоциональная лабильность, несчастная любовь, претензии родителей, ощущение, что никто в целом свете тебя не понимает.
Но и конечно, сериал о неистребимости зла, о том, что его порождает: травмы, унижение, использование, война, эксплуатация, алчность, безраздельная власть, манипуляции, равнодушие, дефициты, зависимости. То, что хоть как-то смещает равновесие: связи, дружба, вовлеченность, любовь, ответственность, ощущение смысла, важного дела, забота, взросление. Всем этим хочется обеспечить наших детей, чтобы защитить.
Художественные достоинства: недостатки или прелести сценария обсуждать не буду — не знаток в этом, к детям-актерам привязываешься, они вырастают на твоих глазах. В некоторых взрослых узнаешь себя, временами хочется, чтобы драмы было больше, чем спецэффектов, но детям нужен экшен.
Любой психолог процитирует вам Юнга о том, что отрицаемое вернется к вам в виде судьбы. Но не все можно обнаружить в себе, изнанка человечества и наша собственная — ужасает, наверное, просто нужно об этом помнить, мы неизбежно убиваем невинность, чтобы повзрослеть.
А вы как с этим сериалом? Для вас он о чем?
Вчера
В позитивной психологии часто звучит тезис: "Выбор есть всегда". Но в жизни всё бывает не так радужно. Порой нам приходится выбирать не между хорошим и лучшим, а между болезненным и невыносимым.
Когда мы говорим "у меня нет выбора", мы часто подразумеваем "у меня нет подходящего выбора". Однако сама способность различить "такое себе" и "ну нееет, ни за какие коврижки" уже указывает на наличие вариантов. И здесь на помощь приходит авторство, которое подразумевает: мы делаем что-то не потому, что нас заставили и пришлось, а потому что мы сами, как авторы своей жизни, выбираем этот путь как наименее разрушительный.
Это тонкий внутренний поворот возвращает нам чувство субъектности. Смысл такого выбора — не в изменении мира вокруг, а в сохранении внутреннего стержня, в утверждении: даже в самых стеснённых обстоятельствах моя реакция зависит от меня. Это перекликается с мыслью Виктора Франкла о том, что у человека можно отнять всё, кроме последней свободы — свободы выбрать своё отношение к происходящему.
Однако иногда кажется, что повлиять нельзя ни на что. В такие моменты наше внимание часто приковано к глобальному и неподконтрольному, и мы упускаем из виду крошечные островки влияния. Попробуйте спросить себя: "На что, пусть самое крошечное, я могу повлиять прямо сейчас?" Пусть это будет что-то совершенно незначительное: как обустроить своё рабочее место, какую музыку слушать по дороге, какой маршрут сегодня выбрать. Как я могу позаботиться о себе внутри этой сложной неуправляемой реальности?
Эти микровыборы и маленькие акты самоуважения напоминают нам: я ещё здесь, я дышу, я принимаю решения, пусть и в малом.
Наука подтверждает, что даже в условиях ограничений наша способность выбирать — ключевой ресурс. Феномен "выученной беспомощности" показывает, как длительная беспомощность учит нас не видеть выхода даже тогда, когда он появляется. Противоядием становятся маленькие, управляемые решения, которые по крупицам возвращают веру в свою способность действовать.
Таким образом, свобода выбора не всегда подразумевает счастливый финал и широкие возможности. Гораздо чаще она предлагает нам честно признать тесноту, в которой мы оказываемся, и найти в себе мужество назвать этот путь своим.
Возможно, настоящая свобода вовсе не там, где всё даётся легко, а там, где на распутье мы находим внутреннюю точку опоры и говорим себе: "Да, это мой трудный выбор. И в этом признании — мой смысл, моя ответственность и моё авторство".
В молодости я требовал от людей больше, чем они могли дать: постоянства в дружбе, верности в чувствах.
Теперь я научился требовать от них меньше, чем они могут дать: быть рядом и молчать. И на их чувства, на их дружбу, на их благородные поступки я смотрю как на настоящее чудо — как на дар Божий.
