Вчера
Чаще всего приходится повторять людям (и себе): "Дай себе время".
Времени нет, правда же, отовсюду только и слышно о том, что жизнь коротка, живи быстро, целуй уверенно, люби как в последний раз, жаль как пчела (или как там было?).
⠀
Жить сегодня нужно очень быстро, я знаю. Знаю. Кажется, что остановка невозможна, любое промедление сносит с орбиты.
Но всё же есть вещи, которые требуют времени. Которые, впрочем, совсем и не вещи. События. Чувства. Мысли.
⠀
Дай себе время принять и прожить потерю. Столько времени, сколько будет нужно. Можно не пытаться казаться радостным завтра, через неделю и даже через год. Можно горевать и печалиться, злиться и унывать. Плевать как долго, главное, дать выход этой чёрной мгле, не оставить её в себе навсегда.
⠀
Дай себе время узнать ближе и полюбить. Каждый новый человек - наполненный сундук. Никогда не знаешь, что там на дне. Никогда не знаешь, понравится ли тебе это. Как угодно долго может казаться, что всё подходит, да. Но потом вдруг открываются такие грани, что с сожалением и отчаянием понимаешь: нет, чёрт возьми, не то, не нравится, не моё.
И это нормально.
⠀
Дай себе время на реабилитацию. Падения, проигрыши и ошибки - всё это происходит с нами постоянно. Ложись в своей самой уютной норе, зализывай раны, пой себе колыбельные, укутывайся мягким одеялком. Кажется, этот мир вечен. Ты выйдешь к нему через время попробовать снова. Он обязательно дождётся тебя.
⠀
Дай время своему телу. Не требуй от него невозможного. Или возможного, но слишком быстро. Тело всегда выбирает лучшие стратегии, лучший темп и лучшую форму. Даже когда кажется, что это не так.
⠀
Дай время своим идеям, своему мастерству и своим умениям. Время на то, чтобы набрать силу, отточиться, найти подходящую форму. Время на то, чтобы реализовываться, ошибаться и путём исключения ошибок находить то, в чём больше всего страсти, жизни и удовлетворения.
⠀
Говорят, время никого не щадит. Но времени, если честно, безразлично. Кажется, это мы не щадим время. И себя.
"Но он же меня любит". Возможно. И? Хотеть сохранить человека и быть готовым что-то делать для этого - о разном.
Можно любить его и годами причинять боль.
Можно бояться потерять и ничего не менять.
Можно плакать после очередного конфликта, клясться, что всё осознано, просить не уходить, а потом снова делать то же самое.
Не потому, что чувств нет.
А потому, что чувств недостаточно, чтобы изменить поведение.
И вот это очень трудно принять.
Ведь хочется верить: если действительно любит, он/она обязательно изменится.
Но нет.
Любовь никого не делает автоматически зрелым.
Не наделяет ответственностью.
Не учит выдерживать фрустрацию.
Не заставляет отказаться от удобных привычек, ранящих другого.
Не превращает слова в поступки.
Поэтому когда кто-то говорит "я не хочу тебя потерять", в этот момент он может даже не врать.
Он действительно искренне не хочет.
Но не готов делать то, без чего другого невозможно сохранить.
И тогда вопрос уже не в том, любит ли.
А в том, что он готов делать с этой любовью.
Готов ли признавать свою неправоту?
Готов ли выдерживать неудобство?
Готов ли обращаться за сторонней помощью?
Готов ли отказаться от того, что разрушает отношения?
Готов ли меняться не тогда, когда вторым уже собраны чемоданы, а раньше?
Готов ли не просто сожалеть о последствиях, а разбираться с причинами?
Потому что можно очень сильно любить человека.
И совершенно не уметь быть ему хорошим партнёром.
А иногда - и не хотеть учиться.
И вот здесь заканчивается романтическая сказка про "зато он/она меня любит"
Любовь - это чувство.
Отношения - это ещё и способность.
А способность любить другого так, чтобы ему было безопасно, спокойно и хорошо, требует гораздо большего, чем просто сильных чувств.
Поэтому смотреть стоит не только на то, как человек переживает угрозу потерять партнера.
Смотреть стоит на то, что он делает, чтобы его не терять.
Потому что сожаление после разрушения - ещё не способность сохранить.
А страх чьего-то ухода - ещё не готовность стать другим.
Самые болезненные разочарования очень часто связаны с завышенными ожиданиями от внешнего мира.
И ещё с неспособностью быть честными в личных историях.
Когда каждое произнесённое слово несёт в себе не искренность доверия, а попытку скрыто оккупировать, получить власть над чувствами, разыграть нечто притягательное, пусть и не всегда реально существующее, создаётся история максимальной защиты от близости, но точно не история её обретения.
И когда все перемены затеваются не по причине конкретной необходимости в них, а лишь для того, чтобы поразить или просрочено доказать что-то людям, равнодушие которых бессрочно, то жажда отклика неизменно упрётся в его отсутствие.
В новое разочарование.
Все попытки говорить с людьми исключительно на языке своих достижений вместо языка прозрачности и способности оставаться собой, так или иначе обнаружат потребность вернуться к себе до того, как выходить к другим.
Вернуться, и прекратить то сиротство, в котором оказываются после долгой жизни в шапке-невидимке отчуждения, после реального или навязанного стыда, после сильно поранившей невыбранности, после тотальной неприязни к собственной данности, заставляющей не расти духовно, а безостановочно кромсать себя под очередные стандарты в надежде стать своими в мифическом социуме "правильных и успешных"...
Хороши лишь те разочарования, что снимают с нас морок эйфоричной очарованности, не умеющей отличить подлинность от подделки, но никогда те, что вкручивают в рабство вечной неприкаянности и готовности рабско служить самой унизительной моде и спекулирующим своей любовью людям.
Разочарование подвешивает.
Именно подвешивает, а не наделяет крыльями.
Вот почему иногда лучше больно удариться, падая, чем продолжать висеть, выбирая кого угодно, кроме себя.
