Лариса Земскова
29 июля 2024
Точнее, когда-то, в очень раннем возрасте я пыталась, но им это не нравилось. Не нравилось, когда я плевала на носовой платок и «до блеска» терла окна на кухне. «Только вчера все отмыла, — горько вздыхала мама, — а теперь все заново! Шла бы ты лучше играть». Не нравилось, когда я мыла холодной водой посуду, и она оставалась жирной. «Отойди, я лучше сама», — подталкивала меня мама к выходу. Не нравилось, когда я садилась лепить с ней пельмени и «переводила» половину теста и мяса. «Не мешай!» — сердилась она. Нет, мама не хотела меня обидеть. Она хотела как лучше. Сделать все быстрее и идти со мной гулять. У нее было еще столько дел! И я перестала мешать. Я вообще перестала что-то пытаться делать по дому. Это она мне рассказывала уже тогда, когда я стала взрослой. «Если бы все вернуть назад!», — вздыхает она сейчас. Я и готовить, собственно, научилась, только когда вышла замуж. Одна моя подруга до сих вспоминает, как я звонила ей и шептала в трубку, чтобы муж не слышал: «Оль! Скажи, как варить бульон». А еще помню, свекровь, бабушка Катя, женщина простая, выросшая деревне, в многодетной семье, как-то сказала мне: «Пусть всегда помогают, даже если мешают. И хвали! Хвали! Даже если от помощи хочется плакать!». Я видела, как она хвалила внучек, когда они помогали ей жарить котлеты, и весь стол, кухня, занавески, об которые кто-то вытер в кулинарном запале руки, были в фарше. — Смотри, это Сонечка (наша вторая) полностью сама приготовила, — показывала мне бабушка Катя какие-то бесформенные угольки. А потом на радость внучке героически их съела. Все, до единого! И на ее лице не дрогнул ни один мускул. А я с ужасом смотрела на нее и думала: «Отравится или нет? Вроде жива…». Она хвалила их, когда они сами накрывали на стол для чаепития и разливали по блюдечкам варенье. Приглашали ее к столу, она садилась на табуретку и понимала, что ее новая юбка прилипла. И что варенье не только на этой табуретке, но и на полу. — Какой у вас вкусный чай, — нахваливала бабушка Катя. — Можно еще вареньица? — Можно! — радовалась Дуня (третья) и тут же переворачивала полбанки на стол. Бабушка со слезами на глазах хвалила их, когда они помогали ей на даче полоть сорняки и выпалывали половину клубники. — Какие молодцы, — незаметно вытирая глаза, говорила она. — Не грядка, а паркет. Ни одной травинки. И дочки радовались… Как же они радовались! И как хотели еще помогать. Кричали наперебой: «Бабушка, что еще для тебя сделать?». А она улыбалась. И как им нравится помогать второй своей бабушке, моей маме, лепить пельмени. Ее уже не волнует, что девчонки «переведут» фарш с тестом. Наверное, это приходит с годами. Не буду делать глубокомысленных выводов и рассказывать, как нужно воспитывать детей. Каждая мама знает сама. Да и не помудрела я пока для этого. Но жизнь сделала все за меня: у нас четверо детей, и ясно, что без их помощи я просто не справлюсь. Да, пока они научатся, я выпью не один пузырек валерьянки, но другого пути, видимо, нет. Кстати, старшая Варя уже может все! Она моя главная опора и поддержка. Правда, научила ее этому не я. Просто когда рождались ее младшие сестренки, ей пришлось многое делать самой. И ей это нравилось. Детям вообще важно чувствовать, что они могут нам помочь и сделать что-то «взрослое». Мне проще самой погладить белье, чем доверить его Соне, которая преданно заглядывает мне в глаза: — Мама, а можно я? — Да, можно! Как же она сияет. Она же гладит, как взрослая! И тут же прожигает дыру на своей кружевной блузке. А я… Я почти взрываюсь и хочу отнять у нее утюг… но вспоминаю слова моей мамы: «Если бы вернуть все назад!».. И бабушки Кати: «Хвали! Даже если хочется плакать!».
Показать полностью…
13 июня 2024
Джозеф Чароки, Энн Бейли - Интеграция когнитивно-поведенческой терапии и терапии принятия и ответственности. Практическое руководство (фрагмент)
Терапия принятия и ответственности и лежащие в ее основе исследования языка и познания всегда были частью когнитивной поведенческой терапии. Несмотря на это, все еще может быть непонятно, как связать эти две теории последовательным, гибким и подходящим способом. Авторы книги — врачи с большим опытом и знаниями, использующие традиционные АСТ и КПТ. Они изучили и регулярно используют оба подхода в своей клинической работе и добились эффективных результатов.
В этой книге они делятся небольшой частью того, что узнали в процессе, чтобы вы могли расширить свой “репертуар” и помочь тем, кто нуждается. Для этого разработан творческий и интуитивный подход к интеграции методов, приводятся различные техники и объясняется роль языка в психологических проблемах. Авторы делают все возможное, чтобы предоставить информацию, которая сразу же может быть полезна и использована на практике. Руководство наполнено богатым набором идей и практических упражнений как для практикующего врача, так и для пациентов.
Практики когнитивно-поведенческой терапии (КПТ), которые смогли интегрировать методы терапии принятия и ответственности (АСТ), считают такой революционный подход третьей волны невероятно эффективным. В то же время, многие терапевты встречаются со сложностями из-за отличий в терапевтических моделях.
В книге объясняется, как объединить АСТ и КПТ и использовать обе терапии для достижения впечатляющих результатов.
В этом практическом руководстве, основанном на современных исследованиях, поясняется, чем АСТ и КПТ отличаются, чем они похожи, и представлена вся необходимая информация, чтобы начать использовать техники АСТ в клинической практике.
В книге приведены рабочие листы и упражнения, как для терапевтов, так и для пациентов, которые помогут органично объединить два подхода.
Кристин Энн Лоусон - Матери с пограничным расстройством личности и их дети: как справиться с напряженностью, непредсказуемостью и непостоянством в отношениях с матерью (фрагмент)
Первая любовь нашей жизни — это мать. Узнавать ее облик, распознавать звук ее голоса и понимать выражение ее лица совершенно необходимо для того, чтобы выжить. В настоящей книге К.Э. Лоусон наглядно показывает, как матери, страдающие от пограничного расстройства личности (ПРЛ), воспитывают детей, которые, даже став взрослыми, продолжают блуждать и тщетно стремятся к безопасной родительской гавани, не понимая, что у матери они не найдут не только родного причала, но и спасительного берега.
В книге описываются четыре типажа матерей с ПРЛ: "беспризорница", "отшельница", "королева" и "ведьма". У детей, чьи матери страдают от ПРЛ, есть риск развития этого опасного и трудноизлечимого расстройства. Автор дает свои рекомендации по предотвращению ПРЛ, куда входят как сопереживание матери, страдающей от пограничного расстройства, так и раннее терапевтическое вмешательство для детей, что позволяет возвращать их к действительности и противостоять опасному влиянию со стороны "ненастоящей" матери. Книга предназначена для взрослых детей, воспитанных матерями с ПРЛ, а также для терапевтов, работающих с ними.
Как поддержать человека в горе после потери близкого?
