15 февраля 2025
Сепарация происходит не разом
Как родителю бережно отпустить ребенка, не подталкивая, когда он не готов, и не удерживая, если он сможет?
Сепарация происходит не разом, не рывком. Это происходит медленно и бережно, когда ребенок эмоционально может пережить такую разлуку с мамой, и которую он, в соответствии со своими ресурсами, выдерживает.
Если родитель не умеет постепенно отпускать ребенка, вот что происходит:
Ребенок останется инфантильным, не умеющим принимать ни одно решение, неустойчивым, колеблющимся, сомневающимся в себе.
Родитель не найдет себе другого смысла, который неизбежно появляется, когда он отпускает ребенка. Он так и остается родителем, который вынужден контролировать, опекать, принимать решения.
Вместо двух самостоятельных, довольных своей жизнью людей, остается что-то вроде мама — сын или папа — дочь или возникают другие варианты слияния, неразделенности.
Как происходит отпускание? На что ориентироваться?
Ориентируйтесь на сигналы, которые подает ребенок. Их можно перепроверить по своим ощущениям, но в целом, можно доверять ребенку в том, что он хочет для себя наилучшего.
Ребенок всегда показывает, своими чувствами, своей реакцией, во что он хочет играть, во что – нет, что хочет есть, что нет, что ему нравится, а что – нет.
И, если вы относитесь к нему как к человеку, у которого есть права, вы будете внимательно относиться к таким сигналам.
Иногда приходится, наоборот, ориентироваться на свои нужды, и дать ребенку прожить отдельность от мамы.
На что нужно ориентироваться?
На то, чтобы это не было травматично для ребенка.
Травматичное переживание обычно растянуто во времени, и характеризуется появлением устойчивых страхов и уныния.
Если ребенку удается однократно пережить уныние или недовольство в конкретном эпизоде отделения от мамы, через некоторое время вы заметите, что он как будто чуточку повзрослел.
«Я отвожу сына в детский сад. Ему 6 лет. Он спрашивает, когда я его заберу. Просит прийти за ним побыстрее. Через полчаса я пью кофе в кафе, листаю ленту Фейсбука, и вдруг ловлю себя на чувстве вины. Ведь я могла бы сейчас бежать по своим делам, чтобы быстрее освободиться и забрать ребенка.
Останавливаюсь, прислушиваюсь к себе. Признаю свою потребность в личном времени, в отдыхе, свое право делать то, что нравится. Признаю право сына быть недовольным, что я приду за ним позже. Чувствую, что отдых наполняет меня силами, и я могу помочь сыну прожить недовольство и разочарование».
Это рассказ одной мамы, которая внимательно относится к тому, что у нее происходит в отношениях с ребенком, и уделяет большое значение постепенному и бережному отпусканию своего сына в самостоятельную жизнь.
И мы сами можем в этом убедиться. Если ребенок почувствует, что справляется, и заметит, что мама это ценит, а вы чувствуете, что не переживаете вину, то и у ребенка, и у вас, как родителя, появляется больше смысла в самостоятельности и в том, как ею творчески распорядиться.
Я против завышенных стандартов по поводу самого себя. Думается мне, что от них одни неврозы. Сразу мир превращается в одно сплошное "нельзя". "Боже мой, ты слушаешь Верку Сердючку?", "Боже мой, ты надела туфли с открытым носом и чулки?", "Боже мой, ты вышла из дома ненакрашенная?" - уже достаточно плохо. Но еще хуже, когда "Боже мой, мне нравится Верка Сердючка!" или "Боже мой, я не успеваю накраситься!". Да какого черта, это же я - могу я быть хотя бы с собой честной и, допустим, посидеть вечером перед каналом СТС?Вот если я кардиохирург и не знаю анатомию - это да, это ужас. Если я историк и не помню, что такое "Катюша" - это странно. А вот если я, скажем, котлеты руками ем под "Владимирский централ" и не на приеме, а вовсе даже у себя дома - кому от этого вред?А самое главное - в чем профит? В чем профит, допустим, запрещать себе ходить без каблуков? Хоть бы орден давали, но нет. А ведь я неоднократно слышала от барышень, что оное им нельзя, потому что так у них ноги недостаточно длинные. Как будто кто-то ходит за ними и постоянно измеряет. В метро, например. "О, у этой ноги метр двадцать. Нормально. У этой - метр девятнадцать. Все, бракованная". И, в общем-то, ходит и измеряет. Только внутри головы.Одно дело отказываться от соленых огурцов потому что не любишь, или они вредят, но совсем другое потому, что "не принято барышне закусывать мартини солеными огурцами". Причем запрет не снаружи, а изнутри.Да, есть правила поведения в обществе и мораль. Но ведь "боже мой, я не накрасилась" далеко за пределами и того, и другого. Особенно, если на самом деле краситься я ненавижу (точнее я-то люблю, но далеко не каждый день, а под настроение).И можно, конечно, сказать, что если каждый день не носить туфли на каблуке и стильные идеально сидящие вещи, не читать две главы из Канта и не слушать пару-тройку концертов, ну, например, Гаэтано Пуньяни, можно и вовсе распуститься, стать неряхой, безграмотным и глупым.Но тут я не согласна. Я видела множество талантливейших людей, которые вовсе даже не в вечерних костюмах сидели возле костра с глинтвейном и распевали что-нибудь в духе "Ой, мороз-мороз". И еще больше обычных людей, которые перфекционизмом в отношении самых простейших вещей доводили себя или до снобизма, когда с живым нормальным человеком не общаются просто потому, что он пришел, например, на летнюю вечеринку в шортах (а это неприлично, ведь есть же летние брюки), или до нервного срыва. Или и до того, и до другого одновременно.Иногда можно и на концерты какой-нибудь "неправильный" сходить, и гамбургер в Макдональдсе съесть, и просто распустить внутренний корсет, чтобы подышать. Для кого живем-то?
Показать полностью…
Пережить отказ
Почему так трудно пережить отказ другого человека, когда вы обращаетесь с просьбой?
Потому что в этот момент вы уязвимы и открыты. И в моменты уязвимости нам сложнее всего вынести то, что Другой, на которого мы рассчитываем, не отзывается.
Потому что это острый и травматичный момент для многих травматиков. Если «покопаться» в детской истории каждого, мы непременно обнаружим эпизоды, когда мы нуждались в помощи взрослых, а они были в каких-то своих процессах, или вообще не были настроены на наши чувства и переживания.
Чувства обиды, горя, отчаяния, несправедливости, начинают резонировать в моменты отказов, и усугубляют актуальные переживания.
Потому что отказывают, зачастую, небрежно и не бережно. У нас отсутствует культура обращения с уязвимостью, и с человеком в уязвимом состоянии. Мы делаем то, чему нас научили, а научили, в основном, скрываться от своих чувств, и игнорировать чувства Другого.
В момент уязвимости мы выражаем свою зависимость. И, чем острее мы чувствуем нужду в Другом, тем больнее будет для нас отказ.
Мне кажется, важнее всего, научиться отказывать бережно. Без защит. Научиться входить в контакт с нуждой Другого, и идти на риск, переживая свои чувства, и принимая его чувства.
Я научилась этому, благодаря своему родительству, и благодаря профессии. Я так много и так часто имела дело с нуждой, что, наконец-то, смогла почувствовать, насколько человек в этот момент уязвим. Я стала чувствовать тепло и благодарность за доверие.
Однако в этот же момент я нахожусь в себе, и прислушиваюсь, могу ли я дать то, о чем меня просят. Если я понимаю, что не могу, я честно себе в этом признаюсь.
Отказывать бережно – значит принимать субъективность Другого, признавая свою.
«Я благодарна тебе за доверие. Сочувствую тебе в твоей (нужде). Сейчас я не могу (принять участие в ее удовлетворении). Не чувствую достаточно ресурса. (Могу сделать что-то, но не все, о чем просишь). Прими мое уважение к тому, как ты ищешь способы себе помочь (могу дать наводку, кто может оказать помощь).»
Мне думается, бережный отказ может быть настоящей Встречей между двумя людьми в моменте, в котором каждый осознает, чем обладает, и сколько он может отдать, одновременно переживает сочувствие, солидарность, и свои ограничения.
