Сегодня поговорим о целостности как о непрерывном переживании себя
Что такое целостность?
Это слово часто звучит, когда дело касается нашего психического и духовного состояния. Часто под ним подразумевается некая устойчивая структура, состоящая из гармонично взаимодействующих друг с другом внутренних частей человека, а также непротиворечивость самому себе и своим ценностям.
Целостность как будто подразумевает некую завершённость? Обращение к некоему «целому». Но можем ли мы быть окончательно завершены, пока мы живы? Пока мы живём, меняемся, находимся в движении?
Давайте поразмышляем и подумаем о целостности как о свойстве динамической системы живой личности.
В таком случае давайте предположим, что целостность — это непрерывность переживания себя в мире. Поддержание некой внутренней стабильности. При этом обозначим, что осуществляется она посредством качества изменчивости, а не категоричного стремления к постоянству.
Но почему?
Именно изменчивость, гибкость позволяет нам, встречаясь с таким разным миром и собой, не разбиваться вдребезги. К тому же, обращаясь к концепциям духовного роста, саморазвития или выздоровления (процесса постоянного обучения и роста, поиска новых форм взаимодействия с собой и миром, обретения опыта и развития в принципе), мы часто говорим о непрерывном поиске этой самой целостности.
Вместо условно «гомеостатической цели» — постоянства и внутренней неизменности (так как часто наше устойчивое состояние может быть негативно), — мы предполагаем «аллостатическую цель» — адаптивную, гибкую, ищущую и находящую баланс, равновесие в той или иной ситуации.
Таким образом, целостность — это непрерывность переживания себя. Когда, несмотря на изменения, различные события во внешнем мире, перемены, стрессовые ситуации, — я всё ещё остаюсь с собой.
Что значит быть прерывистым?
Под прерывистостью подразумевается потеря связи. Это происходит тогда, когда в нашем переживании себя фигурируют чувства, контакт с которыми кажется нам непереносимым. Речь идёт о вытесненных, игнорируемых, непереносимых, избегаемых нами чувствах. Если приблизиться к этим чувствам и восстановить с ними связь так и не удаётся, то на их местах образуются пустоты — результат нашего дистанцирования от них. А в них появляется тревога, которую мы не можем понять и выключить.
Пример: нас кто-то хвалит. Но нам по какой-то причине нельзя брать похвалу: «Не возгордись». Тогда на внутреннее ликование сразу наслаивается стыд, и вместе с тем приходит тревога за вынесенное за скобки чувство, которая отрезает все связи.
Переживание себя искажается и перестаёт быть подлинно целостным. Возникает конфликт, происходит разрыв, и далее, чтобы восстановить себя (то есть обрести ясность в том, что с нами происходит и почему), нам приходится пройти целый цикл. А именно: развернуться лицом к стыду, выдержать его, через него обнаружить вытесненное ликование; увидеть свои предубеждения относительно похвалы; принять значимость положительной оценки себя другими; признать, что нам приятно, когда нас хвалят; разрешить себе радоваться и принимать похвалу как что-то нормальное, без стыда за это. Это пример некоей проделанной психотерапевтической работы.
Тогда да, целостность восстановлена, и в дальнейшем, когда у нас возникает внутри ликование за то, что нас похвалили, мы можем остаться в «здесь и сейчас». Не прерываться, не убегать из момента, не обрезать связи с чувствами — с собой. Стыд нас больше не погонит прочь. Мы останемся целостным в своём переживании.
Но что, если мы сильно травмированные люди и содержим в себе огромное количество паттернов и установок, не позволяющих чувствовать то или иное? Чтобы не потерять ощущение целостности, нам приходится каждый раз проходить этот путь, который часто оказывается для нас слишком длинным и тяжелым, что мы попросту опускаем руки или падаем без сил, так и не соединившись с собою вновь.
Стыд, страх, вина, злость и скрывающая их тревога часто не дают нам восстановить связь, буквально рвут нас на части. Переживание себя прерывается, теряется чувство связности происходящего внутри, из-за этого нет возможности понять, что со мной происходит, и, как следствие, сделать что-то с этим самостоятельно оказывается невозможно.
