Aзбука психологии
17 августа 2026
Жизнь – бумеpaнг. K тoму и ведётcя: чтo отдaёте, то и веpнётcя. Тo, что пocеешь – тo и пожнёшь, лoжью пpoбьётcя вaшa же лoжь. Kaждый поcтупoк имеет значение; Тoлькo прoщaя, получишь прoщенье. Вы отдаёте – вам oтдaют, вы пpедaёте – вac пpедают, вы oбижaете – ваc oбижaют, вы уважaете – вac увaжaют… Жизнь – бумеpaнг: вcё и вcем по зaслугaм; Чёрные мыcли веpнутcя недугом, cветлые мыcли – Бoжеcтвенным cветoм… Если не думaл – пoдумaй oб этoм.
Показать полностью…
16 августа 2026
Упражнение, которое помогает перестать убегать от стыда
Когда мы чувствуем сильный стыд, наш первый естественный порыв - спрятаться от него (замолчать, уйти, обесценить себя, оправдаться или сделать вид, что ничего не происходит). Так наш разум пытается защитить нас от боли.
Однако со временем эти способы избегания часто начинают забирать у нас очень много сил и возможностей жить так, как мы действительно хотим.
Сегодня мы не будем заставлять себя преодолевать стыд силой. Мы проанализируем, как именно мы от него убегаем и что это нам приносит в моменте и в долгосрочной перспективе.
Упражнение "От избегания к принятию" помогает сделать маленький, но важный шаг к принятию стыда.
Вспомните 3–4 ситуации, в которых у вас обычно возникает сильный стыд или чувство неполноценности. Заполните таблицу, прикрепленную к этому посту. Уделите достаточное для вас время на заполнение нескольких пунктов таблицы (на ваше усмотрение).
Вопросы для размышления:
1⃣Какие способы избегания стыда я использую чаще всего?
2⃣Насколько эти способы действительно помогают мне в долгосрочной перспективе?
3⃣Что я готов попробовать по-новому?
4⃣Мои эффективный и соизмеримый шаг в ближайшее время.
Сделав это упражнение, можно четко увидеть, какими способами обычно избегается тема стыда и как он на человека влияет в долгосрочной перспективе. В итоге мы получаем больше осознанности в жизненных процессах и свободы выбора.
Сенсорные триггеры, или почему запах, звук или изображение возвращают человека в травматическое состояние
Иногда для возвращения в травматический опыт не требуется ни разговора о прошлом, ни сознательного воспоминания о произошедшем, а достаточно запаха, определенной музыки, резкого звука, вспышки света, цвета или изображения - человек неожиданно обнаруживает себя в совершенно другом психоэмоциональном состоянии.
При работе с травмой это один из важных моментов - триггер может запускать не столько воспоминание о событии, сколько повторное переживание состояния, связанного с ним.
Человек может прекрасно понимать, где он находится сейчас, знать, что событие давно закончилось, но одновременно испытывать страх, беспомощность, напряжение или ужас так, словно опасность снова находится рядом. В этом проявляется особенность интрузивной симптоматики.
Травматический материал способен вторгаться в актуальный опыт человека. Причем входом для такого вторжения могут становиться самые разные сенсорные стимулы (визуальные, аудиальные, обонятельные, вкусовые, тактильные и кинестетические), особенно мощными триггерами нередко оказываются запахи и звуки. Например, определенный запах когда-то присутствовал в ситуации опасности, а спустя годы человек встречается с ним совершенно в другом, безопасном контексте, и внезапно чувствует, что его "накрыло". То же самое может произойти с музыкой, громким звуком, изображением, цветом или телесным ощущением.
Важно различать обычное воспоминание и повторное переживание травматического состояния.
Когда человек просто вспоминает событие, он понимает, что это было когда-то, а сейчас он находится в другой ситуации. При интрузии эта дистанция может резко сокращаться. Субъективно переживание приобретает качество происходящего здесь и сейчас, именно поэтому реакция иногда кажется несоразмерной тому, что происходит в реальности - объективной угрозы нет, а психика и тело реагируют так, будто она есть, внешне такое состояние может напоминать паническую атаку (резкий страх, сильное телесное возбуждение, ощущение потери безопасности). То, что самому клиенту кажется внезапным и необъяснимым, иногда оказывается реакцией на стимул, связь которого с травматическим опытом пока не осознается.
Поэтому задачей терапии является не просто составить список того, чего человеку теперь следует избегать, а необходимо снова и снова возвращать ощущение того, что сейчас он находится уже не в той ситуации и в настоящий момент может быть в безопасности. И тогда работа с сенсорными триггерами становится постепенным восстановлением способности психики различать прошлую угрозу и настоящее.
Депрессия, в самом глубоком смысле, — это потеря Эроса, разрыв связи. Либидо (психическая энергия) отступает от внешнего мира и падает обратно, в материнское лоно психики. Это регрессия ad uterum (в матку). Цель этого падения — исцеление, но если связь с материнским была нарушена или отравлена, психика тонет, а не возрождается.
Если мать была захватчицей, чья любовь проявлялась как контроль и слияние («ты — это я»), психика ребенка не получает права на собственную жизнь. Во взрослом возрасте такой человек подвержен вялой, астенической депрессии.
Он тонет в апатии иотсутствии инициативы, чувствк беспомощности.
Будто бы остается «эмбрионом» в психологической утробе. Ему тепло, но он не дышит сам. Любой вызов внешнего мира (новая работа, сепарация) воспринимается как предательство матери, вызывая вину и падение обратно в пассивность. Это депрессия Вечного Ребенка (Puer Aeternus), у которого нет доступа к собственному фаллическому, пробивному началу, ибо Мать-Дракон отгрызла ему меч.
Противоположный полюс — мать холодная, депрессивная или отсутствующая (физически или эмоционально). Здесь ребенок сталкивается не с удушением, а с бездной. Внутри лишь чувство внутренней пустоты, «черная дыра» и тоска по идеальному партнеру, работе, жизни. Такой человек не смог интернализировать (впустить внутрь) образ утешающей, теплой Матери. В его психике нет «внутреннего хорошего объекта». Когда во взрослой жизни случается кризис, он не может успокоить себя сам — ему просто нечем. Депрессия здесь — это острая тоска по Богине, которой никогда не было, ледяной холод космоса вместо объятий. Либидо(психическая энергия) пытается вернуться к источнику, а источника нет — только вакуум.
Также здесь можно говорить о психическом инцесте — бессознательной установке на то, чтобы искать мать во всем. Депрессия может быть защитой от этого желания. Если сын не смог отделиться от материнского мира чувств, он часто бессознательно идентифицируется с Анимой (внутренней женщиной), оставаясь пассивным и капризным. Его депрессия — это тоска по подлинной маскулинности, которая принесена в жертву лояльности к матери.
Если дочь не смогла выйти из-под власти матери, она остается в роли «девочки», чья сексуальность и агрессия заблокированы. Ее депрессия — это гнев, обращенный на себя из-за невозможности выразить ее на мать. Это будет проявляться в трудоголизме, переедании и невозможности вступать в отношения с мужчиной.
Депрессия не всегда зло иногда это жестокая милость психики, которая погружает сохнание во тьму материнского бессознательного, потому что старая установка (Персона) изжила себя. Это nigredo, почернение, необходимое для трансформации.
Если отношения с матерью были сложными, внутреннея тьма будет пугать восприниматься как могила. Если в терапии мы обнаруживаем, что Мать — это не только личная фигура, но и Архетип (Земля, Исида, София), мы понимаем - депрессия не нуждается в активности «возьми себя в руки», но требует возвращения в глину, в хаос, чтобы быть заново вылепленным.
. Здоровая Мать ( не важно внутри она или во вне) на этапе сепарации говорить: «Иди и убей дракона». Травмирующая Мать говорит - «Ты не справишься, останься». Работа с депрессией — это поиск Внутренней Матери внутри себя (или в переносе с аналитиком), которая даст благословение умереть в старой форме и родиться в новой. Это обретение способности вынашивать свою собственную душу.
