Любовь Лодягина
3 октября 2026
Невозможно скакать на мертвой лошади и невозможно вдохновить мужчину, изначально ничего не хотящего и априорно лишенного лидерских качеств. Хочет он лежать раненым тюленем на кухне мамы до тридцати лет – не надо трогать очаровательного ребенка, пусть пускает тягучую слюну и, тряся пухлым кулачком, кричит в экран, видя бизнесменов: «Наворовали, мрази!»
Обличил жулье на прайвет-джетах, сморкнулся в штору, утер слезу, убедил мир в том, что все богатые люди – упыри, и сладко засопел на перине бабушки, шевеля пальчиками ног в рваных носках. Право, деградировать – «священно».
Тут хоть кундалини по сушумне поднимай, хоть через костер прыгай и родовую силу зови с санитарами и экзорцистами, всё – прах и тлен.
Лег на диван твой одутловатый Ромео, взял пивас, рассказал тебе, как в этом гнилом мире успеха добиваются только уроды моральные, пустил шептуна и уснул в забытьи. Ему хорошо на той ровно социальной ступени, где он был до тебя, не тебе волочь его за хобот в светлое будущее – надорвешься, расплескаешь уверенность в себе и получишь бонусом плохой цвет лица, диарею, поджатые, тонкие губешки.
Литвак на одной лекции зло заметил: «У наших женщин есть три сексуальных расстройства: педофилия, зоофилия, мазохизм. Они берут мужчину не в мужья, а на воспитание. Во-вторых, живут с животными. И в-третьих – страдают мазохизмом. Перевоспитать можно одного человека – себя. Надо самой быть статусной. У нас, к сожалению, у большинства женщин психология латентной проститутки: найти богатого мужчину, чтобы кормил. За это они планируют отдаваться. Вещи надо называть своими именами. Я исследовал семьи. На 11 тысяч семей нашлось 3 счастливые. Остальные – это патология, сожительство двух несчастных людей. Что такое любовь? Это активная заинтересованность в жизни и развитии объекта любви. Вот все говорят: некого любить. А умеете ли вы любить? На создание семьи имеет право психически здоровый, духовно развитый и материально состоявшийся человек».
Понятное дело, после слов Литвака, дверь с петель сорвало, и раздались проклятья, но я согласна с этим постулатом. Семья – удел взрослых, реализованных людей, заинтересованных в развитии друг друга, раскрывшихся, не цепляющихся за фалды пиджака и не виснущих на шее с причитаниями, имеющих общие интересы и смотрящих в одну сторону.
Если ты внутри 13-летний подросток с кучей комплексов и претензий, какая тебе тут семья, родное сердце, если ты суть – психопатка с нарциссическим расстройством личности или несамостоятельный шлемазл в маминой кофте?
Женщины «со сбитым прицелом» выбирают слабых, безвольных великовозрастных детей, о которых нужно заботиться, фактически менять им подгузники, все время убеждать их, что они гениальные, просто жесткий мир их не понял.
Подавать патроны любимому мужчине, если он отстреливается от агрессивного мира, – «святое» дело, а упавшего в обморок трусоватого поца, которого хватил инсульт от звука пуль, выковыривать из-под плинтуса, взваливать себе на горб и кричать: «Мы справимся, я только до канадской границы тебя донесу, любимый...» – то куда подальше такие качели.
Во всех наших проектах нам в первую голову помогали мужчины, что бы мы ни делали: собирались ли ехать в дом престарелых, делать концерт в детском хосписе, помогали ли многодетным семьям, возникали, как атомный гриб, крутые мужчины и помогали. Самостийные, реализованные, взрослые, ответственные, знающие четко, чего хотят от жизни, куда идут, с кем, и почем ряженка.
Тут казуистическая деталь. Вдохновлять – прекрасно, только того, кто и без вас уже знал, что ему некомильфо лежать морской звездой на печи тридцать лет и три года и скулить о трудностях.
Запитывать друг друга энергией в паре – здорово, на то вы и пара, а вот теребить за воротник «Николая Семеновича», который в запое, и месяц вальсирует на вашу зарплату, и говорит, что устал от тяжести бытия, грешно.
Снимите блестящие рейтузы спасательницы, займитесь собой, своими целями, своей реализацией.
Цапля, тянущая пиявку из болота, засовывающая ей перья в зад и кричащая ей в ухо: «Любимый, ты сможешь летать! Я верю в тебя!» – просто глупая.
НЕ НАДО ЛЮБИТЬ ИХ ОДИНАКОВО
Со своей старшей дочкой пришлось тяжело, когда появилась младшая. На самом деле, еще до ее появления, потому что кризис трехлетнего возраста и беременная мать с пляшущими гормонами — это вафли. Я много нервничала, ругала дочку, кричала, заставляла.
А в конце каждого дня думала, что я не мать, а полный провал.
Пару месяцев после рождения малышки всё в отношениях со старшей дочкой было хорошо, но потом мне стало еще сложнее. Она не давала мне уложить спать малышку, сама перестала спать днем, поэтому к вечеру становилась невменяемой. Она не хотела оставаться в дневной группе даже на пару часов, убегала на улице, могла даже сделать сестре больно.
Я снова читала и перечитывала книжки и статьи, советовалась с мужем и с другими мамами, силилась понять, что же делаю не так, и что идет не так у моего ребенка.
Это было как в родах – вдруг перестать паниковать и думать что умираешь, а потом вспомнить о дыхании, услышать, сквозь стук и шум в ушах, слова поддержки близкого человека и почувствовать, что все хорошо, хоть впереди еще много работы.
Я поняла, что надо оставить ребенка в покое и заняться собой. Я дошла до понимания фундаментальной истины.
Мы с ней по одну сторону и мне не нужно с ней бороться, тем самым заставляя её бороться со мной.
Я поняла, что избежать ревности, гнева, обид, раздражения, страха, злости, грусти невозможно. Более того, не нужно. Моя задача — научиться самой (и научить дочку) понимать эти эмоции и справляться с ними. А для этого, прежде всего, нужно быть честной и с собой, и с ней.
Из практических советов по управлению ревностью братьев и сестер мне очень пригодились следующие:
1. Пока младший ребенок еще не родился, нужно готовить старшего. Но не к появлению друга и партнера по играм, а честно – к младенцу, со всеми вытекающими
2. Не говорить старшему ребенку, что он теперь взрослый. Рождение младшего не добавляет старшему ни возраста, ни навыков — поначалу только стресс. Старший даже может изображать младенца: просить полежать в коляске, попить из бутылочки, полежать у груди. Это нормально, за это нельзя ругать
3. Позволять и предлагать старшему ребенку помогать с младенцем, но не заставлять и не слишком сильно контролировать в случае помощи
4. Сохранить старшему хотя бы часть привычных событий и окружения, которые были у вас до рождения младшего (совместные занятия, походы в кино, обстановку в комнате)
5. Обязательно находить для старшего возможность побыть вдвоем с каждым родителем. Даже если недолго, но обязательно каждый день. В это время можно просто разговаривать, заниматься чем-то созидательным, дурачиться, обниматься. Лучше всё по очереди, но достаточно и одного. Каждый день.
6. «Сватать» — рассказывать старшему ребенку о том, как младшему нравится проводить время вместе с ним, играть, купаться, что угодно. И младшему тоже рассказывать, как старшему приятна маленькая помощь, совместные игры.
7. Не сравнивать. Никогда и ни в чем. Чем старше дети, тем это важнее
8. Если маленький ребенок «обижает» старшего (щипает, кусает, бьет, рушит конструктор, рвет рисунки), даже случайно, и даже если еще не понимает, всё равно говорить ему, что так нельзя, останавливать, защищать старшего. И вместо привычного «он же маленький, что ты хочешь» говорить: «Так обидно, что твоя башня разрушена. Давай построим новую и поставим повыше?». Работает это все вместе удивительно
9. Не пытаться дать все поровну, все одинаковое. По потребностям, по желанию, по возрасту
10. Не говорить, что дети одинаково любимы. Если разобраться, с каждым из них у вас особенные отношения. Вот об этом и стоит каждому из них говорить – подбирая подходящие слова и выделяя исключительные чувства
11. Почитать Фабер и Майзлиш «Братья и сестры», посмотреть лекцию Натальи Кулаковой «Детская ревность».
Мои дети, им 5 и 2, дерутся, отбирают друг у друга игрушки, щипаются, ревнуют и обзываются. Но они же постоянно обнимаются, хохочут, делятся самым вкусным, кормят друг друга, защищают, меняются одеждой, признаются в любви, скучают и переживают, когда одной из них долго нет рядом.
Думаю, у нас все хорошо.
Тело женщины глазами мужчин
Работая с запросами мужчин об отношениях с женщиной, о мужской и женской сексуальности, о влюбленности, влечении и возбуждении, я слышу как мужчины нас, женщин, видят. И это зачастую совсем не то, что кажется нам.
Женщина может час стоять перед зеркалом, разглядывать складку на животе, проверять как сидят джинсы, втягивать живот даже когда одна дома. А потом приходит мужчина и думает примерно следующее: «Господи, какая она живая». Всё. На этом его трагедия размера XL закончилась, не успев начаться.
Мужчины вообще намного меньше рассматривают тело по частям, чем нам кажется. Женщина нередко смотрит на себя как строгий экзаменатор. Тут лишнее. Там не подтянуто. Здесь возраст, а здесь целлюлит! А мужчина чаще воспринимает общее ощущение от женщины. Её энергию, темперамент, взгляд, смех. То, как она двигается рядом с ним, как она реагирует на прикосновения.
И да, сейчас кто-то обязательно скажет: «Нет, мужчины любят только молодых, худых и идеальных». Поверьте мне-сексологу, которая много лет слушает мужчин без их социальных масок. Мужчины очень разные. Но есть одна вещь, которая повторяется постоянно: сексуальность женщины не живёт в сантиметрах и оьъёмах. Она живёт в её контакте с собой.
Мужчина может безумно хотеть женщину с мягким животом, полными бёдрами, следами возраста, потому что рядом с ней есть жизнь, удовольствие, тепло, чувственность. И может совершенно ничего не чувствовать рядом с идеально вылепленным телом, в котором столько напряжения и контроля, что рядом хочется не заниматься сексом, а сдать отчёт о поведении.
Знаете, сколько мужчин говорили мне фразы вроде: «Мне нравится когда женщина расслаблена», «Когда она не пытается всё время выглядеть идеально», «Когда она живая в сексе, а не играет роль»? Очень много. Намного больше, чем женщины готовы поверить.
И вот парадокс. Чем сильнее женщина начинает критично оценивать своё тело, тем меньше в ней остаётся самой женщины. Появляется контроль и тревога. Она уже не в моменте, не в желании, не в контакте. Она как будто всё время сдаёт внутренний экзамен на право быть привлекательной.
А мужское возбуждение очень связано с ощущением жизни рядом. Не только с картинкой. Мужчина хочет не идеальную восковую фигуру. Он хочет женщину, рядом с которой ему хочется жить, трогать, смеяться, хотеть. И да, иногда это звучит ужасно несправедливо после трёх часов у косметолога, недельного голодания и изнурения себя в спортзале. Но психика и сексуальность вообще довольно плохо поддаются такой логике «сейчас я всё идеально доработаю и меня точно полюбят».
Не полюбят и не захотят страстно за идеальность. Слишком идеальные люди обычно вызывают не желание, а тревогу сделать что-то не так рядом с ними.
Из детства во взрослую жизнь...
Бывает так, что...
... поддержки Взрослого и Вставшего на ноги в отношении Взрослеющего недостаточно...
... переход из детства во взрослую жизнь становится резким, обрывистым, трудно выдерживаемым и проходимым для Взрослеющего...
... когда качественной подготовки ко взрослой жизни, к жизненным экзаменам недостаточно...
... когда постепенной передачи ответственности от Взрослого к Взрослеющему не происходит, и обязательства взваливаются на хрупкие, неопытные плечи Взрослеющего слишком тяжелой ношей...
... когда требования взрослой жизни превышают возможности Взрослеющего...
... когда ожидания от Взрослеющего становятся чрезмерными и нереалистичными, превышающими его объективные возможности...
... когда Взрослеющему в быстрые, кратчайшие сроки нужно пересобрать себя, переработать и выдать лучшую версию, готовую ко взрослой жизни...
.... когда нужно «обязательно» идеально и только успешно справляться со всеми жизненными препятствиями и трудностями, и вариант безошибочной жизни особо приветствуется Взрослым в отношении Взрослеющего...
... когда необходимость адаптироваться в трудно адаптируемых обстоятельствах возникает слишком стремительно и мгновенно...
...когда этот резкий выброс Взрослеющего в реальность усиливает растерянность, непонимание, внутреннюю панику и хаос, суетливость и выживание вместо проживания жизни и ощущения собственного авторства и управляемости ею...
...когда вместо опорности и доверия к Взрослому и миру Взрослеющий сталкивается с отвержением и покинутостью...
...когда вместо поддержки Взрослого Взрослеющий встречается с одиночеством и ощущением брошенности, субъективно переживаемой и/или объективной ситуацией, где человек одинок...
…
Когда задача уже Взрослого и Вставшего на ноги (опоры личностные, социальные, профессиональные, семейные...) помочь Взрослеющему:
...в планомерности, поэтапности и пошаговости подготовки к переходу…
…в поддержанности в процессе самого перехода...
...в плавности и размеренности перемен, соответствующих темпу и ритму Взрослеющего...
...в возможности делать остановки на каждой ступени в освоении этого жизненного пути, а иногда и возможности задержаться или вернуться на ступень ниже для повторного освоения...
...в сопровождении и соприсутствии Взрослого, которому Взрослеющий доверяет и может опереться в случае необходимости...
...в возможности выражать переживания, с которыми встречается Взрослеющий на разных этапах жизненных процессов, в их принятости и разделенности Взрослым...
...когда Взрослеющий нуждается во Взрослом и Вставшем на ноги, в Наставнике, в Друге, в Проводнике, сопровождающем в этот реальный мир...
…
Когда между детством и взрослой жизнью есть некий невидимый коридор, тропа или мост, по которому идут уже двое: Повзрослевший человек и Мудрый, более опытный и зрелый человек...
…Мост, который является местом встречи, теплой, трепетной, душевной и согревающей для обоих...
…Мост, основание, фундамент и опоры которого становятся крепче с годами, как остается нерушимой связь между двумя, идущими по мосту…
