17 октября 2025
Если быть честными, то надо признать, что люди вокруг не всегда с воодушевлением относятся к выражению любых наших эмоций в любых обстоятельствах: какие-то осуждаются, какие-то не приветствуются, какие-то просто запрещены, а какие-то возможны только в определённой форме.
Психологии же (в своем кабинете!) поддерживают осознавание и выражение любых эмоций. И в этом есть свой важный смысл, ведь эмоции помогают понять, что именно происходит внутри человека, и как нам, исходя из этого, выстроить взаимодействие. Психолога специально учат тому, как помогать разворачивать клиентские чувства и их выдерживать.
Но нелепо и странно было бы переносить модель поведения клиента в кабинете психолога на повседневную жизнь.
И если ваш психолог выдерживает ваше недовольство, гнев и прочие сложные переживания, иногда проявляя странное умиление на их проявление, то далеко не факт, что ваша мама, подруга или начальник тоже так сможет.
Поэтому нет никаких гарантий, что от вашего самовыражения вы получите ожидаемый вами эффект.
Другие люди далеко не всегда хотят и могут иметь дело с нашими «сырыми» эмоциями. Хотя бы потому, что их этому не учили, они теряются, пугаются или просто не выдерживают чьего-то эмоционального шторма и могут быть в ярости от того, что стали его участником или свидетелем.
Условно психически здорового человека от не очень нездорового отличает способность хоть как-то тестировать окружающий контекст и, в идеале, свободно, но осознанно выбирать между эмоциональным самовыражением, осознанной целью и уважением к окружающим.
Сохранить искренность, выбирать форму и учитывать обстоятельства — это ли не душевное здоровье … не всегда, впрочем, достижимое как для нас, так и для нашего окружения. Но отчего же не помечтать…
– You are so lucky!
– Yes, and the harder I work, the luckier I get.
Samuel Goldwin, American filmmaker
«Терапия не работает. Сама по себе. Не стоит в неё приходить с ожиданием результатов только от процесса. Тревога, панические атаки, психосоматика, прокрастинация не уйдут насовсем просто от факта того, что есть или была терапия. Может довольно скоро стать легче, даже сильно легче (так часто и бывает, на самом деле), может даже спустя несколько месяцев работы сложиться впечатление, что «я поменялся, жизнь поменялась, теперь всё будет хорошо» (так тоже бывает, и часто это ложное ощущение, особенно, если оценка звучит восторженно-максималистично). И велика вероятность, что, спустя какое-то время после завершения процесса, симптомы вернутся.
Процесс терапии – трудный, долгий, местами скучный. И главное – он сам по себе не гарантирует изменений. Гарантии тут только те, что проговариваются в терапевтическом контракте – что раз в неделю, в согласованный день и время, будет происходить определённый процесс с определённой продолжительностью сессии и т.д. и т.п.
А все остальное – это возможности. Возможность не только выгрузить боль и «побыть на ручках» какое-то время (это тоже очень важная часть процесса), но и научиться. Научиться задавать себе вопросы, искать на них ответы, свои ответы. Возможность увидеть, что мешает делать усилие, выбирать, принимать решения.
Терапия не гарантирует избавления от тревоги (тревога, как и другие чувства – естественная часть нашей жизни) – она учит с ней обходиться. Не избавляет от панических атак и иной психосоматики – помогает осознать, какой паттерн поведения к ним привёл, и следить за своим накапливающимся эмоциональным и, соответственно, телесным напряжением в будущем. И уж тем более терапия не лечит волшебным образом прокрастинацию – она даёт понимание, как устроен процесс избегания, и что человек может делать, чтобы помочь себе начать действовать. Но действовать всё равно придётся. Самому.
Можно бесконечно долго исследовать свои паттерны и всё равно ничего не менять в жизни. Можно заметить и исследовать свои иллюзии и всё же продолжить в них жить (я про себя говорю сейчас, если что). Можно, с полным на то правом. В конце концов – только сам человек решает, что в его жизни будет происходить, а что – нет.
Тогда получается, что терапия-то работает. Но порой не работает сам человек.
И все как в жизни – горстка гарантий, россыпь возможностей».
Те отношения, которые важно именуют серьёзными, редко когда начинаются именно с серьёзности.
На первом этапе серьёзность вредит на самом деле, потому что пытается по умолчанию насадить то, чего ещё нет, и до чего только предстоит дойти, если повезёт совпасть до взаимного желания продолжить.
Ну а как иначе?
Даже тогда, когда человек, знакомясь, настроен не на мимолётное приятельство с элементами секса, а на создание долгой человеческой истории, семьи, близости, это вовсе не означает, что тот, кого он только что встретил, испытывая необходимый минимум симпатии для свидания, непременно подойдёт ему. Равно как и он ему.
Какую серьёзность он может обещать?
Всё ещё настолько хрупко, зыбко и неопределённо, что грубейшей ошибкой становится попытка начать вести себя так, словно выбор уже завершён, а ты сам назначил себя на главную роль в чужой жизни, в которой тебя вчера ещё не было.
Захватнические линии поведения, в которых люди почти мгновенно начинают претендовать на контроль, на свою вездесущесть, на немедленный доступ во всё самое личное, чаще всего обусловлены плохо переносимым, затянувшимся одиночеством, но, увы, именно они и продлевают его до бесконечности...
Ещё больше усугубляет ситуацию та поспешность, где буквально после двух-трёх встреч, пусть и удачных, кто-то начинает патологично наращивать обороты, заменяя естественное узнавание человека на откровенное придумывание, в котором он наделяется теми чертами и возможностями, которыми в реальности не располагает.
От него начинают ждать того, чего он дать не может, ему приносят свои ожидания, свои мечты, свои дефициты, свои мешки с желанным, но не сбывшимся, опять же в разы завышая доступное, и опять же наступая на одни и те же грабли разочарований, горьких обид и поломанных сценариев.
Всё это вполне объяснимо, но так же и нежизнеспособно...
Если в первых чувствах нет лёгкости, храбрости не рассчитывать ни на какие гарантии, не обременять друг друга своими долженствованиями, и - самое главное! - нет искреннего интереса, а есть лишь неистовая потребность перекрыть кем-то своё саднящее одиночество и порешать свои насущные проблемы, едва ли стоит верить, что получится та история, в которой люди по-настоящему согреваются.
Как в песне: не теряйте то, что ещё не начиналось...
Ну, и никуда не денется та магия, которая и определяет, будет что-то, или не будет.
И иногда будет там, где вроде бы всё против, но не будет там, где всё к тому располагает.
Магия и есть.
Если мы с тобой близки, это не значит, что мы одинаковые. У нас есть разные грани, одна из которых соприкасается, а другие могут быть отдельными. Если мы близки с тобой, это не значит, что я всегда буду делать то, о чем ты просишь. Я могу не соглашаться с тобой, и это не умаляет нашей близости. Если мы с тобой близки, это не значит, что между нами нет границ и правил. Наоборот, они должны быть гораздо более ясными, чем с другими, потому что мы с тобой плотнее взаимодействуем. Если мы с тобой близки, это не значит, что я не имею право злиться на тебя. Это значит, что зачастую у меня гораздо больше поводов. Если мы с тобой близки, это не значит, что мы должны проводить все время вместе. Как ты, так и я, имеем право на личное пространство. Если я обнимаю тебя, это не значит, что я обязательно хочу с тобой переспать. Есть много вариантов близости кроме сексуальной. Если я сейчас не хочу тебя или отказываю тебе, это не значит, что я тебя не люблю. Если мы близки сейчас, нет гарантии, что это продлится вечно. Мы можем быть благодарны каждому мгновению. Если мы близки с тобой, это не значит, что я не могу быть близок с кем-то еще. Я не твоя собственность. Если мы с тобой близки, это не значит, что мы должны понимать друг друга без слов. Нам придётся обсуждать наши желания, ожидания и потребности. Если мы потеряем близость, мы можем вернуть её, когда оба захотим и будем готовы. Если я чего-то не хочу, ты не сможешь ничего с этим поделать. Если ты чего-то не хочешь, я не могу ничего с этим поделать. Я прошу уважения к своему нежеланию и уважаю твоё нежелание. Если я сейчас чего-то не хочу, это может измениться, но может и остаться навсегда. Настоящий момент – полноправный представитель вечности.Я не хочу сломать тебя, но это не значит, что я не буду пытаться, ибо я не идеален. И ты сам отвечаешь за свою безопасность. Если я сейчас защищаюсь от тебя, это не значит, что мы не может быть близки.Если мы близки с тобой, значит мы оба одинаково этого хотим. Я отвечаю за свои действия даже если буду пытаться доказать тебе, что это не так. Если мы близки с тобой, это не значит, что я отвечаю за твоё счастье, а ты за моё. У каждого своё счастье и своя судьба. Если мы с тобой близки, это не значит, что у нас не должно быть секретов друг от друга. Но мы можем к этому стремиться. Если мы с тобой близки, это может не выписываться ни в какие социальные стереотипы. Я люблю тебя за то что ты – это ты. А не за то, кем ты сможешь быть. И не за то, что ты удовлетворяешь мои нужды.
Показать полностью…