1 июля 2025
«Я устала / я устал» - не всегда означает, что человек вот прямо сейчас упадёт.
Чаще - это состояние, которое длится неделями и месяцами. Когда всё делаешь, потому что надо, потому что кто, если не ты. Когда раздражаешься на детей не потому, что они делают что-то ужасное, а потому, что «сил моих больше нет!».
Многим родителям хорошо знакомо это состояние. И при этом у них почти всегда есть спутник - чувство вины за отдых.
Как это так я буду лежать с книжкой, когда в раковине гора грязной посуды, пыль не протерта, картошка у родителей на даче не посажена, а ребенок засел перед телевизором?
Это одна из самых распространённых ловушек родительской психики. Мы часто воспринимаем себя, скорее, не как живого человека, а как набор функций: кормить, обучать, развивать, заботиться, любить, никогда не уставать…
И в этом - беда, потому что вина делает невозможным восстановление. А без восстановления — нет ни ресурса, ни тепла, ни терпения.
Восстановление — не привилегия. Это необходимость.
А право на отдых не надо заслуживать.
Вечно работающая мать дала им задание, уходя с утра из дома, чтобы каждая сложила чемодан для себя сама. Две недели, почти спартанские условия виндсерфинга и недорогого отеля, требования как всегда: книги для чтения, альбомы для рисования, одежда на пляж, на завтрак и ужин, на экскурсию. Поздним вечером я вернулась домой, весь дом спал, а в гостиной, в распахнутых чемоданах, меня ждали три прекрасные женские истории, такие счастливые и разные, самодостаточные и очень узнаваемые: Чемодан старшей дочери — это полдюжины серых и чёрных футболок, большая папина — вместо пижамы, одни рваные джинсовые шорты и сланцы. Альбом, тушь и перья для каллиграфии, простой карандаш и чёрная ручка для записей в самодельном блокноте. Книги. Очень много разных по толщине, серьёзности и степени увлекательности. Лошадь — игрушечная, мягкая и совсем как настоящая, любимая, как ее будущая мечта и как остаток детства в ее почти взрослых вещах. Зубная щетка. Средняя дочь — это три пышных юбки и четыре сарафана с рюшами, штук пять милых маечек с сердечком, принцессой и мерцающими пайетками, заколки для волос с алыми цветами, немного бирюзовых и просто золотые. Шесть пар розовых босоножек, в том числе с блёстками и крупными розовыми камнями (я и не знала, что в нашем доме их столько! И где они хранились все эти годы?!). Много мелких мягких и очень пушистых игрушек. Коробка акварели, большая пачка фломастеров, полсотни разноцветных карандашей. Альбом. Одна небольшая книжка (видно, что положена впопыхах, когда все вещи уже собраны и вдруг мелькнула мысль, что «что-то ещё мама говорила надо… ок, пусть будет эта, не важно ведь какая, да?»). Большая косметичка с набором блесков для губ и маленьким ароматным мыльцем. Косметичка, конечно же, с кошечкой, но зубной щётки в ней нет. Третья дочь, которой с барского плеча средней был отдан пронзительно-розовый чемодан, заполнила его только наполовину: там лежит одна маленькая книжка про Карлхена, один сарафан, трусики и ночная рубашка, босоножки самого непритязательного фасона и старый беленький мишка, аккуратно замотанный в простую холщовую тряпочку. Чемодан полупустой, но вещи сложены аккуратной стопочкой и пристегнуты маленьким ремешком, чтобы не болтались по всему пространству, а ровно лежали в своём уголке. Три разноцветных карандашика, щетка, зубная паста, гребешок. Я смотрю на все это и думаю: а зачем я их воспитываю? Ведь каждая уже знает, как именно должна быть устроена её жизнь.
Показать полностью…
«Что, если всё, чего мне хочется, — это тихая, медленная, простая жизнь? Что, если я счастливее всего в пространстве, где живёт тишина? Что, если я довольно заурядный человек и хочу жить в мире с этим знанием о себе?
Мир — такое шумное место! Вокруг громко разглагольствуют о том, как суетиться, добиваться, становиться лучше, зарабатывать, покупать, побеждать и хотеть большего. Большего и лучшего. Пожертвуйте сном ради продуктивности. Стремитесь делать всё блестяще. Ваша жизнь должна быть значимой. Делайте нечто масштабное или — до свиданья.
Но что, если мне это не подходит? Что, если это постоянное стремление к совершенству только лишает меня радости и вгоняет в тоску? Истощает. Неужели я, какая есть, живая и несовершенная, — этого мало?
Что, если я в своей взрослой жизни никогда ничего не достигну, кроме того, что буду женой, мамой, сестрой? Но именно мои близкие для меня самое главное в жизни, я люблю их и, если бы передо мной стоял выбор, всякий раз выбирала бы свою семью. Разве этого недостаточно?
Что, если я не хочу писать книгу, или строить большой бизнес, или выступать перед огромной аудиторией?..
Что, если я просто приму своё обычное тело, без кубиков на животе? И приму тот факт, что у меня нет никакого желания качать пресс до появления этих самых кубиков? И мне хорошо от этого: я думаю, что когда буду лежать на смертном одре, никогда не пожалею о том, что была самой собой.
Что, если я приму то, что я довольно посредственная домохозяйка? Я редко вытираю пыль, хотя поддерживаю общий порядок в доме. А иногда прихожу в ужас от того, какой дома наступил бардак. Я часто готовлю, но иногда покупаю пиццу. Я люблю планировать домашнее меню, но не люблю чрезмерную жёсткость и часто нарушаю свои же правила. Я равнодушна к модным дизайнерским решениям. Мой дом скромный, но безопасный.
Что, если мне не подходит бешеный темп жизни современного общества, и я даже не могу начать идти в ногу? Я вижу так много людей, которые, кажется, обладают безграничной энергией и выносливостью, но знаю, что лично мне, чтобы быть здоровой, нужно много одиночества и тишины, большое количество отдыха и — временами — ничем не занятое время. Тогда моё тело, душа и дух здоровы. Разве со мной что-то не так?
Что, если я слишком религиозна для одних и недостаточно духовна для других? Не проповедую другим. Недостаточно дерзновенна для этого. Но при этом я готова делиться глубоко укоренившейся внутри меня верой — тихо и вдумчиво, с теми, с кем у меня глубокие и искренние отношения. А ещё — своими сомнениями и неуверенностью.
Этого должно быть достаточно...
Что если я приму свои слабости и перестану ругать себя за них? Чтобы быть в мире с самой собой, позволяя себе делать то, что мне нужно, и уважать право других делать то же самое. Признать, что всё, чего мне хочется, — это тихая, медленная, простая жизнь. Заурядная жизнь. Красивая, спокойная, нежная жизнь.
Я думаю, этого достаточно».
В 2 часа ночи слышу топот маленьких ножек: доченька пришла в мою комнату. Я лежу тихо и едва дышу. Может быть, она вернется к себе и не потревожит меня, спящую...
- Мама! Мамочка! - зовет она чуть осипшим от сна голоском.
- Да... Что случилось? - еле-еле я в ответ, не в силах скрыть своей досады.
Она замолкает, глаза ее блестят в тусклом свете.
- Мам... Я люблю тебя!
- А я тебя...
- А я сильнее! - ложится рядом и тут же засыпает...
Но ее слова все еще висят в прохладном ночном воздухе. Если бы я могла дотронуться до них и взять, я бы схватила эти слова и прижала их к своей груди. В воздухе еще дрожит тихий голос, который шепчет самые лучшие слова на свете: я люблю тебя. касается моих губ, и я медленно выдыхаю, опасаясь, что воспоминание уйдет.
Однажды эта маленькая девочка станет взрослой девушкой, а сынуля - юношей. Однажды я смогу принимать душ в одиночестве. Однажды я спокойно выпью чашечку кофе и почитаю любимый роман. Однажды я выйду из дома одна, не беспокоясь, что меня кто-то ждет обратно. Однажды я верну себе себя. Но сегодня я отдаю себя ИМ. #Я устаю, иногда у меня не хватает сил, но я знаю, что меня ТАК любят и я ТАК нужна.
И поверьте, это Лучшие Мгновения Моей Жизни.
