Элла Косоурова /
Лента
Вчера
Есть одна ошибка, которую совершают в любви зрелые женщины. Немолодые женщины, - давайте прямо говорить. Потому что все фразы вроде "я молода душой!", "женщине столько лет, на сколько она выглядит", - они немного лукавы. Женщине столько лет, сколько лет назад она родилась. Например, пятьдесят. Или шестьдесят. Или больше. И это совершенно нормально.
Выглядеть можно отлично. Восхитительно. Но при этом оставаться в одиночестве. Если нет желания любить и быть рядом с кем-то, если одиночество - это выбор, то все в порядке. Есть другие у человека смыслы и цели, надо его уважать за это. Это не одиночество, а уединение.
А если хочется любви, но отношения распадаются? Иногда причина - в этой трагической ошибке, которую описал Мопассан.
Он описывал роман Милого Друга, того еще прохиндея, с госпожой Вальтер. Ей в романе чуть за сорок, - но в 19 веке это был солидный возраст. И выглядела она роскошно; полная такая ухоженная дама.
Но она опостылела возлюбленному, пусть и дурному человеку, по простой причине: полная дама подпрыгивала потешно, называла себя "птичкой" и "девочкой" и сюсюкала, как школьница. С ней такое от любви произошло.
Вслед за спокойной осенью наступила вдруг нелепая чахлая весна, - так это описывает автор. И от любви красивая зрелая дама начала вести себя как шаловливая толстая девочка. Диссонанс был так силен, что возлюбленный начал ее избегать. Тяготиться начал отношениями. Опротивела ему госпожа Вальтер, но она не могла взять в толк - что случилось-то?
Вот это и случилось. Мы забываем, сколько нам лет на самом деле. И можем потерять достоинство, присущее возрасту. Можно привлечь любовь страстью и статью царицы Дидоны, а не кокетством Джульетты, - вот о чем пишет Мопассан. Ребяческое поведение зрелой женщины отталкивает. Оно не конгруэнтно, оно диссонирует с ее образом, придает комичность. Полная красивая дама - это одно. Толстая хихикающая немолодая девочка - это другое...
Счастье и любовь в зрелости находят те, кто не впадает в детство. Не старается молодиться и говорить специальным тоненьким голоском, - щебетать. Кто не подпрыгивает, изображая птичку. Кто с королевским достоинством принимает свой возраст, как награду и достижение, кто с почтением относится к себе.
И вот эти женщины находят свою половину гораздо чаще, чем немолодые девочки. Потому что главное условие счастья - это соответствовать самому себе, как считали древние скандинавы. Улучшать себя, украшать, уважать, - но не изображать никого. И помнить свое имя, свой возраст, свои достижения, свои испытания, свой род, - вот это важно для обретения личного счастья. Которое, бесспорно, может прийти в любом возрасте.
Если этот возраст осознавать и принимать, конечно.
Взять и открыть своё сердце очень разной ежедневной любви.
К любви, похоже, тоже бывает нужно привыкнуть.
Поверить чуть больше, чем напугаться, чтобы не успеть закрыть двери до того, как её потоки успели проникнуть в сердце.
ЛЮБОВЬ, КОТОРУЮ СЛОЖНО ВЫДЕРЖИВАТЬ
Приходилось ли вам выдерживать любовь?
Не функциональную, не ту, которая скорее обслуживает чью-то тревогу, чем реально видит вас,
не ту, за которую выставляют такие счета, где вам нужно быть кем-то,
кем вы не являетесь,
а полнокровную,
рождающуюся в чьём-то сердце в ответ на вашу улыбку,
забывчивость, упёртость, пугливость,
в ответ на вашу грусть, нежность, тепло,
в ОТВЕТ НА ВАС?
Оставаться в потоке направленной на вас любви -
прямой,
открытой,
не требующей ничего взамен, агрессивной в той мере, в которой может быть агрессивной любая энергия, проникающая в вас,
сквозь вашу растерянность, волнение, смущение, другие чувства.
Знакомо ли вам желание сбежать от этого обжигающего солнца,
к которому вы не привыкли,
даже если ещё секунду назад вы боролись за неё,
ждали её,
требовали?
Принимать любовь,
открыть для неё своё сердце может быть не менее сильным испытанием,
чем переживать открытый конфликт,
выражать и выдерживать злость,
гнев,
недовольство,
выстраивать и поддерживать рамки, терять отношения из-за невозможности, неготовности стороны (сторон) переживать, учитывать разные позиции, разные ценности.
Принимать любовь бывает очень сложно.
Многим из нас за любовь привычней бороться,
задеваться, злиться, огорчаться, горевать из-за того, что её нет,
пугаться, что её не будет (парадоксальным образом может даже хотеть этого - ведь так многим понятно как жить -
если нет любви,
есть повод её искать, ждать, бороться за неё,
обижаться, злиться, что её нет в том виде, в котором хотелось бы),
чем позволить себя любить.
Многие люди в попытке выглядеть сильными, решают, что лучше вообще не хотеть; желание делает человека уязвимым или разоблачает его: «Если я никогда не буду желать, я никогда не буду слабым».
Другие, деморализованные, делают себя нечувствительными к собственному внутреннему опыту: «Если я никогда не буду желать, я никогда не буду разочарован или отвергнут».
Иные скрывают свои желания от собственного взора в инфантильной надежде, что некий вечный попечитель сможет прочесть их желания вместо них.
Есть что-то бесконечно успокоительное в вере в то, что кто-то другой удовлетворит наши невыраженные желания.
